И об актуальном.Нет, конечно, я не пойду смотреть "Гамлета" в МХТ — ни даром не нать, ни с деньгами не нать, особенно за деньги и особенно за такие. Поэтому булькать возмущённо не стану, без меня есть кому.Тут ведь как: "Гамлет" — текст, который почти невозможно прочитать в первый раз; если ты, конечно, не дивное создание, некогда делавшее вид, что учится у меня на отделении журналистики, но таких единицы. Голыми глазами, как говорили обэриуты, без хоть какого предзнания, без бытьилинебыть, "Гамлета" увидеть современному человеку никак. А уж такому, который в театры ходит, и вовсе.Как афиняне V века до н.э. шли в театр не узнать, чем там дело кончилось, так и нынешний московский театрал идёт на "Гамлета" посмотреть, как его прочитали режиссёр с исполнителями, и что у них по этому поводу наболело.Скажу отдельно и в сторону: набаливает, как правило, что-то в рамках привычной клинической картины, очень непросто откопать в утоптанном за четыре столетия тексте то, чего не находили до тебя многажды. Да и зачем, говорим всё равно о себе, всегда, так устроено искусство.Театр, однако, устроен ещё и так, что в него заходит бог, театр — храм не в том смысле, что туда в джинсах нельзя и выражаться, а в том, что там совершается ритуал, священнодействие, в ходе которого происходит — предполагается, что происходит, происходит, если бог откликнулся на призыв — чудо соединения исполнителя и зрителей в едином живом состоянии. Это не обязательно пресловутый катарсис, это больше похоже на общее затаённое дыхание стадиона, когда опасная передача, бросок... а-ааа!.. Выход за пределы личного ритма, волна, вещи более телесные, чем интеллектуальные, и более таинственные, чем телесные.Вы заболели текстом? Вы хотели рассказать о своём важном, не всегда удобном в быту, но способном заставить почти тысячу человек дышать и не дышать в унисон?Вы звали богов?А, ну извините.
