Полторы страницы откровений

Небольшой марафон отзывов у меня получился. Но что поделать, эту книгу я проглотила за пару подходов ✒️🌫️"Ангел для сестры" Джоди Пиколт🤩 У меня, как у читателя, есть определенный кредит доверия к случайностям, происходящим в книге. И когда автор претендует на реализм истории, этот кредит уменьшается пропорционально убеждениям, что все рассказанное могло произойти в реальности Основную задумку книги я не ставила на весы реально/нереально, просто потому что это основная идея. Константа, которую попросту нельзя оспаривать 🤩Но наслоение событий, судеб, историй в конце концов привело меня к тому, что я не проронила ни одной слезы, как того хотел автор 🤩. Книга читалась очень быстро за счет интереса к сюжету. Я хотела узнать развязку и летела к ней на всех парусах. И развязка меня удовлетворила! Но финал... 🌫️🌫️Я буквально кончиками🌫️🌫️ пальцев почувствовала, как из меня пытались выжать слезы. Помните, я говорила о кредите доверия? Так вот после финала мой внутренний счет ушел в минус. И вот почему: 🌫️🌫️Случайности двигали🌫️🌫️ сюжет, а не персонажи.🌫️🌫️ Случайности, наложенные на случайности, не помогут мне поверить в те учения и мысли, которые хотел выразить автор. Я автоматически подвергаю все более углубленному анализу и сомнению. А это автору не всегда на руку🌫️Мне не хочется сильно ругать эту книгу. Потому что основная тема моральной дилеммы была поднята очень круто, я сама находилась в состоянии выбора без выбора. Но проблема в том, что финал, построенный на Случайностях, должен был подвести меня к главной мысли, к ключевому выводу. Не персонажи, не автор, а просто упавшая с неба декорация... ох как я такое не люблю 🌫️Но тем не менее, книгу я однозначно советую!!! Здесь много важных и сложных рассуждений, чувствуется боль и, что самое главное, реальный опыт автора. И это стоит вашего времени #прочитанное

В попытках отвлечься я забрела в Италию Лоуренс уже покорил меня своим необычным, но вполне трезвым и логичным видением мира. Пусть "Любовник Леди Чаттерлей" до сих пор вызывает споры и пересуды, я же останусь очарованной открытием для себя этого автора "Сумерки Италии" - путевые заметки, вырезки из дневника Лоуренса во время его путешествий. Здесь вам откроется совершенно другой автор, мужчина, человек Дэвид смотрит на старую итальянку, переводит взгляд на горы, закрывает глаза и рисует этот пейзаж словами. Сквозь текст я вижу звезды из плантаций апельсинов, слышу громкие крики на неизвестном мне языке во время танцев и углубляюсь в размышления о вечном и навсегда потерянном Лоуренс берет меня за руку и, аккуратно поддерживая, ведёт по улицам собственных мыслейА вы слышали что-нибудь про Лоуренса? Читали чьи-нибудь дневники? Или может ведёте свой?

'Было у него два сына' Денис Лукьянов 🤡 Ретеллинг мифа о Нарциссе в знакомых (и не очень) декорациях🌟🌟Мальчик Петя просто🌟🌟🌟 хотел рисовать. Он не🌟🌟🌟 знал как иначе🌟🌟🌟 заставить мысли жить. Ему мешали, а медленная агония невысказанных, невыкрикнутых, непрощающих немоты мыслей осталась. Жаль его, да? Поверьте, где на одной странице захочется его обнять и утешить, на другой уже (как говорил классик) ладонь превратится в кулакПетя встречает свою копию. Петя творит, а Генри воплощает 🌟🌟И ровно в тот момент, как🌟🌟 вы отвлечетесь и забудете, что вся книга - ретеллинг мифа о Нарциссе, вольный пересказ 'Портрета Дориана Грея', здесь капкан и сработает. Щелк! И вам больно 🤩Мы записали Дениса Лукьянова в однозначный клуб крутых девчонок список открытий и обязательно продолжим с ним знакомство🤩 Советую всем, кто любит: Наутилус Помпилус, Достоевского, серую мораль, много метафор и мы вошли в эту воду однажды в которую нельзя войти дважды с тех пор я пил из тысячи рек но не смог утолить этой жажды🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍А у вас есть современные отечественные авторы, которых хочется рекомендовать?#прочитанное

Посол Пакистана Файсал Нияз Тирмизи в Москве с октября 2025г. «Доктора Живаго» прочитал в 1991 г, считает его великим романом, блестящей прозой. Мечтал побывать на могиле Пастернака. На днях мне довелось стать свидетелем этой встречи. Восстановила для господина посла события 30 мая — 2 июня 1960 г, как завороженно он слушал «Август»! Проходя мимо могилы Ольги Ивинской, спросила, известно ли высокому гостю это имя. Едва начала рассказ, он просиял:— Lara! Я так хотел узнать, кто она — Лара!Интересовался судьбой Ольги, её детьми…Думаю, у надгробия Пастернака господину послу хотелось остаться одному, как Тарантино. Он, казалось, был где-то далеко в своих мыслях, глаза светились… Но кадры похорон все переснял и спрашивал о тех, кто покоится рядом. Пакистан. Пастернак. И такой неизгладимый след. Невероятно.У выхода с кладбища, увидев посольскую машину, вспомнила папины рассказы, как они, местные переделкинские мальчишки, в 1960х восхищенно разглядывали у кладбища иномарки — впервые в жизни! — с дипломатическими номерами. Из трёх сосен осталась лишь одна. Высохшую распилили на днях.

Теперь мои города опустели — и причина только в том,что я, с холодностью Кая,освоила тот способ существования, которому ты научил меня:никого на свете к себе не подпускать.

Ничего не бойся эссе ... Ночью минувшей приснился дед. Я - маленький- в кровати лежу, болею, жар, чушь какая- то видится в полудрëме воспалëнной. Слышу, машина подъехала к дому цхинвальскому нашему, открываю глаза с трудом- тяжёлые веки- он сидит уже на табурете передо мной: в шинели, в папахе своей полковничьей, смотрит на меня. Ладонь свою широкую, прохладную, приложил к моему лбу. - Легче? Из вещмешка достаёт банку жестяную, вскрывает ножом ловко. Вкусно пахнет тушëнкой. Протягивает ложку:- Хæргæ!( Ешь!) Рубай!,- по-русски уже.- Отец на работе, а мать где? А, ну, да- она же в вечерней школе, забыл... Пьëм чай из кружек с сахаром, вприкуску. - А ордена где, медали твои? Я знаю, их у тебя много! - Позже будут, - улыбается.- Я на них ещё не навоевал... Закрой глаза, спи. И ничего не бойся. Резко сажусь в кровати- никого, ушёл! Бросаюсь к широкому подоконнику, распахиваю окно: перед домом- "полуторка" газует, вдыхаю жадно. В кузове бойцы. И дед из кабины высовывается. Помахал рукой, подмигнул: поехали! ...Я не видел его никогда живым, не пришлось. Вроде бы.Опубликовано в журналах "Урал", июль 2024 г., "Дальний Восток", ноябрь-декабрь 2024г. хххххххххххххххххх Мой дед, Абаев Сергей Федорович (1905-1970), военный врач, полковник медицинской службы, кавалер четырех орденов Красной звезды. Прошёл всю Великую Отечественную, командовал санитарным поездом. И фильм Петра Фоменко "На всю оставшуюся жизнь" я с детства без кома в горле смотреть не могу.

Продолжаю неспешно читать книгу про Марию Фёдоровну и мне такой темп очень нравится, потому что кажется, что так информация из биографии лучше откладывается в голове. Из последних описанных событий очень печально было читать про смерть Александра 3его, который болел, но никто не ожидал такой скоропостижной кончины. Ни Мария Фёдоровна, ни будущий император Николай 2ой, который сам писал, что не готов к этому бремени.Расстрогал момент, когда умирающий император за три дня до смерти передал камердинеру браслет для Марии Фёдоровны, так как через несколько дней была их годовщина свадьбы💔А дальше была свадьба Николая и Александры, которая здесь подробно описана, как и непростые отношения невестки со свекровью. А еще очень интересна переписка Николая 2 с матерью. По свидетельствам многих современников в начале его правления Мария Фёдоровна влияла на решения государя, давала ему советы, что, конечно, нравилось далеко не всем. Хотя император не так долго к ней прислушивался, затем более важное место в его жизни заняла Александа Фёдоровна.А Мария Фёдоровна в переписке замечала, что ее сын слишком добрый и мягкий, чтобы быть императором.Вот такие заметки по ходу чтения, думаю вернусь еще с впечатлениями, когда дочитаю. Но уже сейчас для меня книга- кладезь ценной информации не только о Марии Фёдоровне, но и обо всей ее семье и об эпохе.#читаюсейчас

Лучшие часы в сутках, когда уходит жара и можно полежать с книжечкой у открытого окна, я провожу с «Эммой» Джейн Остен и всегда держу в голове эту картинку 💍 Впервые добралась до нее — какой же смешной и ясный текст, просто чудо.

Алекс откинулся на стуле. Пазл начинал складываться. Имплант внезапно завибрировал — несмотря на глушилку. Локальное предупреждение: «Обнаружена попытка несанкционированного доступа уровня 4. Источник: неизвестный дрон в радиусе 300 метров. Рекомендуется немедленная смена локации.»Четыре часа, сказал Тень. Прошло меньше двух.Алекс выдернул чип, сунул его в герметичный футляр и встал. Нужно было уходить. Но не просто так — с доказательствами.Он открыл личный канал — зашифрованный, одноразовый — и отправил короткое сообщение Кайлу из RivalTech:«Бонус принят. Но условия изменились. Мне нужны ваши внутренние данные по Equilibrium Holdings. Всё, что есть. Через 30 минут жду курьера в точке А-7 (старый склад на углу 14-й и Безымянной). Без дронов. Без слежки. Оплата после доставки.»Потом — Эларе:«Передайте мне копию всех ваших контрактов на энергию за последние 6 месяцев. Особенно те, где упоминается Equilibrium или любые долгосрочные опционы. Срочно. Ваш рейтинг зависит от этого.»Ответы пришли почти одновременно:Кайл: «Будет сделано. Курьер уже в пути. Но если это ловушка — ты пожалеешь.»Элара: «Данные отправлены. Но Алекс… будь осторожен. У меня уже дважды пытались взломать офис сегодня. Дроны кружат.»Алекс выключил свет в номере, оставив только аварийный красный. Подошёл к окну — маленькому, забранному решёткой. Снаружи, в переулке, действительно висел дрон. Не патрульный. Не корпоративный. Чёрный, матовый, без опознавательных знаков. Просто висел и смотрел.Алекс достал из рюкзака компактный EMP-импульсатор — штуку, которую в Либертасе официально запрещали, но все носили «на всякий случай». Один импульс — и дрон упадёт, как муха. Но тогда его собственный рейтинг рухнет: использование EMP не на своей собственности считалось агрессией.Он колебался ровно три секунды.Потом нажал.Дрон мигнул и рухнул на асфальт с глухим стуком.Алекс выскользнул через чёрный ход, нырнул в толпу нижнего уровня и растворился в ночи. Он ускорил шаг, чувствуя, как сердце бьётся в такт дождю.Либертас-Сити никогда не спал.А сегодня он особенно не хотел засыпать.

Мученик Гластонбери8 мая в западных сборниках чудес появляется святой Индрахт — ирландский паломник.Однажды Индрахт воткнул в землю свой посох. На глазах у всех тот сразу пустил корни, покрылся листвой, а со временем вырос в огромный тенистый дуб. Рядом он устроил небольшой пруд. Каждый день из него брали одно и то же количество рыб, но их не становилось меньше. Число оставалось неизменным, пока один из спутников Индрахта не украл одну рыбину. После этого порядок нарушился: с каждого дня рыб становилось на одну меньше, пока в пруду не осталось ни одной. Индрахт понял это как знак, что дальнейшее пребывание в этом месте не угодно Господу. По общему согласию братьев он простился с сестрой и вместе со спутниками отправился в Рим.Паломничество прошло замечательно. Но на обратном пути из Рима, под Гластонбери (да, там, где сейчас фестиваль), Индрахта убили грабители.После его смерти, один богатый человек пришёл к гробнице Индрахта в виде пирамиды вместе с женой и маленьким сыном. Они молились, чтобы Господь по заступничеству святого простил их грехи, и положили на алтарь обещанные дары. Из пирамиды вышел высокий седой старец с книгой в руке. Он подозвал мальчика и спросил: «Не хочешь ли ты, мальчик, с моей помощью поучиться по этой книжечке?».Мальчик ответил, что хочет. Старец дал ему книгу, и ребёнок сразу начал читать, будто давно был этому обучен. Через короткое время старец забрал книгу и вернулся туда, откуда вышел. Мальчик побежал к матери и разбудил её словами: «Мама, я уже умею петь псалмы, которых раньше не учил». Мать спросила, кто его научил. Он рассказал, что из места, где покоится святой Индрахт, вышел прекрасный седой муж с сияющим лицом, подстриженный как клирик, и дал ему книгу.

Дэвид Боуи рассуждает о книгах в Daily Beast в 2002 году:Я настоящий самоучка. Читаю запоем. Все книги, которые я когда-либо покупал, я читал. Я не могу их выбросить. Физически невозможно выпустить их из рук! Некоторые из них хранятся на складах. У меня есть библиотека, где я храню те книги, которые мне действительно очень нравятся. Иногда по вечерам я оглядываюсь на свою библиотеку и делаю с собой ужасные вещи — я пересчитываю книги и думаю, сколько мне осталось жить, и думаю: «Черт, я не успею прочитать и двух третей этих книг». Меня охватывает печаль».@muslegends

Только вот узнала, что Роман Либеров недавно рассказал о выпуске киноколлекции современной поэзии на русском языке. Авторы проекта приглашали поэтов прочесть и прокомментировать свои стихи. Можно увидеть Льва Рубинштейна, Полину Барскову, Александра Тимофеевского, Ольгу Седакову и и многих других. 64 автора! А проектах Либерова «Сохрани мою речь навсегда» и «После России», кажется, все знают)

Помню всё. И знаю, что не вымысел -Тысячи землёй укрытых тел...Видишь, дед, ковром тюльпаны вырослиТак, как ты того всегда хотел.Ты твердил, что были ненапраснымиСмерти все на той большой войне.И теперь тюльпаны ярко-красныеРасцветают гладью по весне.Выросли не жёлтые, не белые,А кровавым морем проросли…В небе кружат птахи оголтелые -Стражи этой памятной земли.Дед, я помню всё, что ты рассказывал:То, как уходил за горизонт,И как слёзы младший брат размазывал -В десять лет ведь не берут на фронт.То, как ваша мать, от горя серая,Долго-долго за тобою шла...Как шептала «Отче наш» и «Верую..»,Крестик свой нательный отдала...Редко говорил ты… Рюмка выпита -Вспомнишь чуть… Нальёшь ещё одну...И молчишь. А я, как мог выпытывал:«Деда, расскажи мне про войну!»Начинал ты нехотя и шёпотом,Только с каждым словом голос креп.А подчас «Да пропади всё пропадом!» -Вскрикивал, в руке сжимая хлеб…И тогда нырял в воспоминания:То о том, как ранили в плечо,Как упал в ростки пшеницы ранние,И от крови было горячо…Как очнулся в госпитале маленьком,И вот тут, с улыбкой вспоминал,Как нашёл свою Галинку-Галеньку,Будто сразу сердцем и узнал.Обещал, в фате и туфлях лаковыхБыть невестой ей! Пройдёт война...И вздыхал, припомнив то, как плакала,И как обещала ждать она.Иногда казалось, силы выпили...Ты, не поднимая мутный взгляд,Вспоминал село, где «немцев выбили».Как зашли, а там - кромешный ад…Рядом с сельским клубом были сваленыВперемешку мёртвые тела…В лужах крови, в ранах да подпалинах.Старики и дети мал-мала…Говорил ты тихо, хриплым голосом,Я не всё, наверно, понимал...Всё равно вставали дыбом волосы…Ты меня к рубахе прижимал…Я не понимал, как тяжко складыватьВроде бы обычные слова…Я старался жадно мысли схватывать,Всё осознавая лишь едва...Как свинцом горячим с неба капало,А тебя, твой Ангел, заслонил...И как землю мёрзлую раскапывалИ под Сальском друга хоронил…Как по грязи, по дорогам каменнымПо Европе ты пешком шагал!И как ждал из дома письма мамины,И от Гали тоже очень ждал...Но любил-то я о героическом!И просил побольше рассказатьО смекалке! Выдумках тактических!И о том, как мне героем стать!А еще, как Клавка конопатая,Повар ваш на кухне полевой,Раз на фрица бросилась с лопатоюИ в итоге в плен взяла его!А вообще, и суп делила поровну,И всегда весёлою была!Только раз сказал ты тихо в сторону:«Жаль, до мирных дней не дожила»...Я потом мальчишкам всем доказывал,Что мой дед отчаян был и лих!И жалел, что редко ты рассказывалО войне и подвигах своих!В мае от волнений ошалелый яШёл с тобой так гордо на парад!На тебе была рубашка белаяИ пиджак тяжёлый от наград.В море будней, в чём-то одинаковых,Эта дата главною была!А потом на чай с рулетом маковымБаба Галя нас с тобой звала!В прошлом всё осталось, к сожалению,И вернуть не сможет вас никто…Словно перед вами, на колени яСтану в поле красном от цветов…Тут, где шли бои такие страшные,Что и ныне трудно вспоминать..И огнём.. и просто врукопашнуюЗа любовь, за Родину и мать…Где мгновенья жизни обесцветились,Так как боли было за края!Где с твоей Галинкой вновь вы встретились,Чтоб родиться смог отец... и я...Как вы столько боли в жизни вынесли?Мир без вашей силы опустел.Дед, смотри! Ковром тюльпаны вырослиТак, как ты того всегда хотел.© Copyright: Ольга Гражданцева, 2026