




Из черновика:— Луна сегодня высоко, — вздыхает паренёк, рассматривая серебряный диск в отражении озера.
— А ты всё ещё здесь. — Охотник смотрит туда же. — Если бы я пришёл один, ничего бы не было хорошего. Пируют, небось, вовсю. Твоё кресло пустует.
— Твоё тоже.
— Ай, — отмахивается паренёк, — моего там ничего нет.
— Моего тоже.
Лес молчит за их спинами: то ли спит, то ли внимательно слушает.
— Тебе не нравится быть героем?
Охотник поднимает взгляд к небу: в очередной раз ищет созвездие, которого там нет.
— Очень нравится.
Паренёк тяжело вздыхает и садится на землю. Он снимает обувь, вытягивает ноги, собирается коснуться ими воды, но резко одёргивает и отодвигается подальше.
— Стало это озеро ещё страшнее, чем было, — охотник садится рядом.
— Всё равно в толк не возьму, почему ты не пошёл на пир? Тебя ждут. Тобой восхищаются. Подумаешь, десятину разозлил. Люд простой всё забыл уже, как змиев увидал. Всё тебе простили, охотник.
— Не ждут. Всё, что им надо, у них уже есть: пятёрка черепов, музыка да медовуха.
Паренёк коротко кивает: есть в словах охотника что-то от истины. Большая её часть.
— И снова ты пришёл на озеро. Видать, водятся здесь ещё змии. Скрываешь их от десятины. От купца. Никому не достались, чтоб?
— Кончилось всё, вот и пришёл я на озеро. Время героев тоже кончилось. С последним погибшим змием нужды в охотнике нет. — Он широко улыбается. — Время новых героев настанет однажды. Непременно настанет.
— Каких? — с придыханием спрашивает паренёк.
— Кто его знает. Может, твоё?
— А я что? Во мне-то чего геройского? — он пожимает худыми плечами.
— Всё, что захочешь сделать, и сделаешь. Ты только одну вещь пообещай.
— Какую?
— Не будь героем ради названия.
Паренёк ждёт продолжения, но охотник молчит и следит за луной в отражении. Лунная дорожка зовёт его — по водной глади на самое дно.
© Элар Шевела, 2025