Отстаю от тренда на тоску по 2016, но пытаюсь его догнать. Как хорошо, что я тогда уже отмечала на Лайвлибе то, что прочитала, начала или бросила, поэтому слишком сильно напрягаться, чтобы вспомнить, как там 10 лет назад было, не пришлось.В 2016 я впервые прочитала рассказ “В чаще” Рюноскэ Акутагавы и с тех пор возвращалась к нему трижды, в последний раз буквально на прошлой неделе. За пару месяцев до этого я прочитала единственную книгу, которую дважды перечитывала и теперь хочется еще раз — “Мир глазами Гарпа” Джона Ирвинга. В том же году был любимый многими “Стоунер” Джона Уильямса, но Гарп для меня его полностью затмил.Тогда же случился полный коллапс детский иллюзий, что Чак Паланик — хороший писатель: прочитала “До самых кончиков”, поставила 2 звезды из 10 и ушла вздыхать. Зато открыла для себя Тимура Вермеша через его фантасмагорию “Он снова здесь” и ждала, когда он напишет что-то еще (как оказалось, в 2018 он написал второй роман, но на русский его не перевели). Особенно приколько, что в 2016 году я читала Джулию Кэмерон и ее “Путь художника” (кто знает, тот поймет и подмигнет). Оказывается, именно тогда я поняла, что это я не японскую литературу не люблю, а не принимаю конкретно Харуки Мураками, потому что буквально через силу раскрыла “Озёро” Бананы Ёсимото и не смогла закрыть, пока не дочитала (то же произошло с антиутопиями в тот же год: я не их не любила, а именно “1984”, к счастью, “Мы” Замятина расставила все на свои места). Ну а в самом начале 2016 года была прочитана “Женщина, которая легла в кровать на год” Сью Таунсенд, которая тогда показалась метафорой, а теперь, конечно же, цель по жизни.Такой вот 2016.
