СЛОВО ПАЦАНА: ПОЧЕМУ НИКТО БЫ НЕ ВСТУПИЛСЯ ЗА АЙГУЛЬ В комментариях к статье про Турбо кто-то выразил мысль, что будь на месте Вовы Адидаса Кащей, он бы заступился за Айгуль и заткнул бы рот Турбо словами из серии «А ты там был? А ты видел»? Увы, этого бы не случилось. Айгуль все равно осталась бы с клеймом нечистой и была бы отшита. Объясняю почему. Мы живем и жили в условиях махрового патриархата, где господствующее положение занимает мужское видение мира. Где право считаться личностью имеет только мужчина. Женщина воспринимается как ресурс, как вещь, которой мужчина может обладать по желанию. Я пойму позыв поспорить с этим моим утверждением, но прежде чем поспорить, оглянитесь вокруг и задумайтесь, почему у нас такое количество случаев домашнего насилия, а виновные либо не несут наказание, либо получают смешные сроки? Почему домашнее насилие длится годами, а окружающие — родственники, друзья семьи, коллеги, соседи — не вмешиваются? Почему женщины, работая наравне с мужчинами, как правило, тянут на себе домашнее хозяйство и воспитание детей? Почему женщина вечно должна, а мужчина прекрасен и неотразим просто по факту своего существования? То-то же! Неладно что-то в Датском королевстве. Вспомните реакцию отца Айгуль, этого конченного урода: он отказывается наказывать ублюдка, надругавшегося над его дочерью, а ее называет малолетней ш@лавой. Это чисто мужской взгляд на женскую сексуальность, как на функцию, предназначенную на обслуживание мужских потребностей. Женщина не может распоряжаться ею на свое усмотрение, должна блюсти себя для единственного мужчины, ибо только в этом случае она имеет «рыночную» стоимость. Причина, по которой девушка себя «не доблюла» мужчинам неинтересна. По любви ли или по принуждению, неважно: главное, что стоимость ее упала в разы. По аналогии с покупкой автомобиля: небитая некрашеная — это один разговор. А если битая, покупателя абсолютно не волнует, кто был виновником аварии: даже если машина стояла, припаркованная во дворе и в бочину влетел пьяный лихач, цена должна быть снижена, а желающих будет в разы меньше. Но машина — это машина, а Айгуль — живой человек и вроде бы личность. Но мы четко видим, что в праве быть личностью, а значит, иметь право на ошибку (ошибкой я бы назвала только ее решение отвоевать видик) ей отказывают. Кто отказывает? Мужчины: отец и все пацаны из группировки. Универсамовские не идут толпой на разборки с бандой Желтого, сам Желтый перед Адидасом извиняется за недоразумение, возвращая ему ключи от машины — невинность Айгуль равняется угнанной Волге. Дальше решать судьбу Айгуль будут сами универсамовские, что ей не миновать позора Желтого не волнует. Никого из этих животных не волнует, что ублюдок Колик растоптал в ней женщину. У них и четкое пояснение, снимающее с них вину, имеется: «Сучка не захочет — кобель не вскочит». У мужчин ведь отношение к сексу проще, для них чувства при этом процессе не всегда занимают главенствующую роль. И они хотят, чтобы у женщин было так же и не нести ответственность за то, что она что-то там чувствует.При этом у большинства мужчин часто присутствует болезненное желание быть единственным мужчиной выбранной им женщины. (Подчеркиваю, выбранной, что не равняется любимой). Поэтому женщины со стародавних времен под страхом быть изгнанной из семьи (что в те времена равнялось фактически смерти) должны были блюсти себя. (Оговорюсь, что я против половой распущенности. Я против того, чтобы попробовать пожить с одним, со вторым и с третьим. Но это должно быть осознанное решение, воспитанное в женщине с детства, а не тупое запугивание, что тебя порченную замуж не возьмут). И поскольку любому мужику понятно желание другого быть единственным у выбранной женщины, предъявляются такие жесткие требования относительно «чистоты». И все бы ничего, но ответственность за чистоту сваливают на женщин, никак не защищая их от неуемных любвеобильных собратьев. Потому что за всеми не уследишь, не запугаешь, «мужикам надо» и ради этого «надо» они пойдут на любые риски.
