Книжное Подполье

Эдна Фербер, "Большущий"#читаю_сейчасЭта книга так мне нравится, что было бы нечестно написать о ней всего один пост после прочтения. Поэтому пишу сейчас, хотя уже почти дочитала.Кажется, этот год вообще щедр на сильных, живых, не картонных героинь, но Селина для меня пока превзошла всех. Давно я не встречала персонажа, который был бы мне так близок.Роман начинается с того, что молодая Селина приезжает работать учительницей в отдаленную фермерскую общину в Америке конца XIX века. Вокруг капустные поля, тяжелый труд и люди, привыкшие жить так, как жили до них: повторять жизнь родителей и дедов, не особенно веря, что ее можно изменить.Селина с детства любит читать, она любознательна и обладает живым воображением. Она умеет замечать красоту там, где другие видят только землю, капусту и бесконечную работу. Но главное , она видит не только красоту, а потенциал. Жизнь пытается сузить Селину до быта и хозяйства, но она не дает этим рамкам стать окончательными. Она не убегает от фермерской жизни в мечты и не смотрит на нее свысока. Наоборот, она входит в нее полностью: работает, разочаровывается, снова поднимается. Но при этом в ней чувствуется такая жажда смыслов!Мне очень хочется учиться у Селины так смотреть на мир: глубоко, упрямо и удивительно свободно.А что читаете вы? Как ваши впечатления?

Первый день летаИтак, мой любимый пост в начале месяца. Обожаю выбирать, что почитать на месяц!Планы на июньДжозеф Джебелли, "Займись ничем" — нон-фикшн про долгосрочную продуктивность, отдых, фокус и попытку наконец-то не превращать жизнь в бесконечный список задач.Анна Старобинец, "Живущий" — мрачная антиутопическая история про общество, систему и человека, которому приходится существовать внутри очень тревожного мира.Уильям Шекспир — буду читать три пьесы: "Макбет", "Ромео и Джульетта", "Буря", — первые две помню хорошо и люблю, а третью вообще буду, кажется, впервые читать. Аллегра Гудман, "Изола" — островная история об одиночестве, выживании, море и человеке, который оказывается отрезан от привычной жизни.Роберт Маккаммон, "Жизнь мальчишки" — большая летняя книга про детство, маленький город, память и тайны. Я в предвкушении!Диана Сеттерфилд, "Пока течет река" — река, старые легенды, семейные тайны, полумифическая атмосфера и истории, которые всплывают на поверхность, как что-то давно забытое.Эдна Фербер, "Большущий" — роман про жизнь, труд, землю, мечты и материнство.Сергей Шаргунов, "Попович" — современный русский роман о сыне священника, который ищет свой путь.И еще две книжечки у меня переходят на июнь из мая:Саша Мельцер, "У смерти шесть причин" — холодная Норвегия, университет, спорт, убийство и ощущение чего-то неправильного, спрятанного совсем рядом.Нил Гейман, "История с кладбищем" — мальчик, кладбище, призраки, взросление и фирменная геймановская смесь мрака, сказочности и тихой нежности.Получится у меня месяц рек, островов, шекспировских страстей, мрачных лесов, больших человеческих историй и странных дорог. Посмотрим, куда меня всё это выведет.#планыА какие книги вы планируете читать или, может, уже читаете в этом месяце?

ИТОГИ МАЯВ мае я планировала читать толстячки, но, увы, из запланированного прочитала только половину, а два других кирпичика у меня сдвинулись на потом. "Волшебная гора" забрала бОльшую часть моего внимания и сил в этом месяце, на другие толстячки энергии не осталось... Умберто Эко, "Имя розы" 10/10 — средневековый монастырь, серия загадочных смертей, библиотека-лабиринт и роман о знании, власти, страхе перед смехом и опасности абсолютной уверенности в собственной правоте.Умберто Эко, "Заметки на полях “Имени розы” — небольшое, но невероятно интересное эссе о том, как создавался роман, как работает текст и почему литература - это всегда игра с читателем.Томас Манн, "Волшебная гора" — главная книга мая. Медленное, гипнотическое путешествие в санаторий высоко в Альпах, где разговоры о болезни, смерти, времени и жизни постепенно превращаются в целую философию существования.Ольга Птицева, "Радиус хрупкости" 8/10 — болезненный и очень живой роман о подростках, нулевых, травмах, дружбе и хрупкости людей.Айрис Мердок, "Колокол" 9/10 — история о закрытой религиозной общине, вере, искушении и людях, которые пытаются спрятаться от мира, но от себя не спрячешься.#итогиЧто вы читали в мае? Какая книга стала самой-самой?

Помню свой первый заключительный этап Всеросса по литературе: в качестве приглашенного гостя для нас лекцию прочитал Филипп Дзядко, один из основателей просветительского проекта «Arzamas», только набиравшего обороты. Девятиклассница я поняла точно: хочешь быть умной — слушай их лекции. Тогда, десять лет назад (или как почувствовать себя старой), «Arzamas» был для меня необыкновенным источником информации об истории литературы — лекции читали те, кто входил в жюри Всеросса, лучшие филологи современности. А сегодня портал стал, кажется, раем для искателей гуманитарного знания. Сейчас в руках держу первые две книги из их книжной серии, сделанной вместе с «Альпиной» — и кажется, что я снова та самая девятиклассница, решившая, что очень надо быть умной. Пробелов в истории у меня много, самое время восполнять!И начнём с Ассирии и легендарного конфликта, войны Алой и Белой розы. Каково было жить в древнем городе, как ассирийские правители сохраняли божественный порядок, что в итоге погубило империю? Как английские короли воевали, любили, плели интриги и как со всем этим связана «Игра престолов»? Ожидаю очень интересное погружение в историю — то, чего мне сейчас по-настоящему не хватает.Книжный Скотт в MAX | Книжный Скотт ВКонтакте

Сегодня – 180 лет со дня рождения одного из самых выдающихся польских писателей, журналиста, лауреата Нобелевской премии по литературе 1905 года «за выдающиеся заслуги в области эпоса».Если за зло мы будем платить добром, то чем же платить за добро? И вдобавок, если и за то, и за другое плата одинакова, тогда зачем людям быть добрыми?ГЕНРИХ СЕНКЕВИЧ, "Камо грядеши"#день_рождения (5.05.1846)Умное&Красивое

Перед нами иллюстрации одного из знаменитых эпизодов "Повесть о доме Тайра".Во время захода солнца, понимая, что битва будет уже завтра, Тайра решили пригласить воинов Минамото поучаствовать в своеобразном состязании.Ладья Тайра подплыла на расстояние полета стрелы. На ней находилась очень красивая девушка 18-19 лет, которая воткнула между досками бор­та шест, на котором был укреплен развернутый алый веер с золотым кругом солнца и стала призывать воинов Минамото сбить этот веер. Для выполнения этого важного задания выдвинули самого меткого стрелка армии Минамото - Мунэтака Ёити Насу. В Повести написано, что ростом он был невелик, но стрелял отлично. Если летела стая птиц, то из трех двух обязательно сбивал.Ёити сначала отнекивался. Мол, не самый уж он и меткий. Если промахнется то позор на войско навлечет. Но командующего Минамото Ёсицунэ этим сомнения Ёити не интересовали. Приказ дан, значит надо делать.Зашел Ёити в воду, а там еще сама природа как будто была против его успеха. Ветер усилился, лодку раскачивало. Ёити зажмурил глаза взмолился богу Хатиману и богам родных краев. Ветер успокоился, и самурай выстрелил.Согласно «Повести о доме Тайра»

«С протяжным гудением полетела стрела, так что звук разнесся над всем заливом, без промаха вонзилась под самую рукоять веера и сшибла его прочь с громким звоном. Стрела пала в море, а веер взлетел ввысь, в небо. Подхваченный порывами весеннего ветра, мгновенье-другое парил он в воздухе, сверкая в лучах заката, но в конце концов упал в воду. Сияло вечернее солнце, алый веер с золотым кругом, увлекае­мый белопенным потоком, трепетал на волнах, то всплывая, то погружаясь. Далеко в море Тайра от волнения стучали по дощатой обшивке своих судов, а на суше Минамото восхищенно шумели и стучали в колчаны в знак одобрения

.»

<продолжение>Что почитать?Это список — во многом то, что я сама хотела бы прочитать, потому что успела, увы, немногое. (Про Памука и Элиф Шафак вы, конечно, и без меня знаете).«Путешествие на край жизни», Тезер ОзлюАвтофикшн одной из самых ярких фигур турецкой литературы XX в. Писательница, боровшаяся с психическими расстройствами (включая лечение электрошоком!), отправляется в Европу по следам своих книжных кумиров, но буквально везде видит Стамбул. Это фрагментарный, гипнотический текст о невозможности сбежать от себя. «На вокзале в Нише громкоговорители объявляют о поездах, которые следуют из Стамбула и в Стамбул. Все поезда связаны со Стамбулом. Я пытаюсь отдалиться от Стамбула, а всё напоминает мне о нём».«Море пахнет стамбульским морем… Холмы Триеста не похожи на холмы Босфора… Но, глядя с моря на эти холмы, я всё же вспоминаю азиатские холмы Босфора».«Поднявшись на крышу Нуто, я вижу, что она обвита плющом, как балкон моего дома в Стамбуле».«Сад умерших котов», Бильге КарасуКарасу — ключевая икона турецкого постмодернизма. Это экспериментальный роман о средневековом городе, где каждые десять лет устраивают игру, похожую на шахматы, но с настоящим оружием. Герои Карасу испытывают преображающую эмпатию к страдающим животным, что меняет их самоощущение, а повествование напоминает шаманские традиции. В общем, звучит как маст-рид — осталось только раздобыть.«Покой», Ахмед Хамди ТанпынарAd Marginem буквально сейчас выпускает новое издание одного из отцов-основателей современной турецкой литературы, которым восхищаются многие писатели (да что там говорить, литература Орхана Памука буквально выросла из Танпынара. Раннего Памука иногда называют «Танпынар-light»: Памук смыслы из зубодробительных суфистских текстов Танпынара упрощает для западного читателя). «Покой» — о самоопределении, эклектике и смешении культур, свойственных Стамбулу. Действие разворачивается в городе на фоне главных событий XX века: свержение Османской династии, Первая мировая, война за Независимость, рождение Турецкой Республики и канун Второй мировой. Герои пытаются понять, куда ведут их и их страну пути истории — на Запад или на Восток.«Стамбул и солнце», Надежда ТэффиСборник рассказов и очерков, опубликованный в 1921 году в Берлине. Опыт писательницы в эмиграции, столкнувшейся с мифом о «таинственном Востоке» лицом к лицу. И этот образ иногда рушится о быт. А вот проза Тэффи как раз хороша внимательностью к бытовым деталям.«Дьявол внутри нас», Сабахаттин АлиЕщё один классик турецкой литературы. Этот роман — психологическая драма о том, как человек оправдывает свои слабости и неблаговидные поступки внутренним «демоном», вместо того чтобы взять на себя ответственность (пупупу). История о самообмане, взрослении и моральном выборе.«Путешествие в Стамбул», Иосиф БродскийЭссе-брюзжание поэта-изгнанника, который поехал в Константинополь, а попал... в Стамбул. Бродский буквально разочаровался в городе, но Стамбул у него — не топоним, а скорее метафора утраты (дома, близких, западной цивилизации), об этом подробнее можно прочитать у Петра Вайля в «Гении места». (Я, если что, также брюзжала, не попав в русский книжный магазин «полторы комнаты» ни с какой попытки).«Дом вдали от дома: художники-эмигранты из Российской империи в Стамбуле», Екатерина АйгюнИсследованиям русских художников первой волны эмиграции посвящено много трудов, но Стамбул проходил у них как перевалочный пункт. Это чуть ли не первое полноценное исследование — о блеске и нищете творцов — бывших российских подданных, которые выкручивались здесь как могли.«Тень птицы», Иван БунинПутевые очерки Бунина. Очень интересно сравнивать со своим опытом: как изменился город за 120 лет, архитектура, запахи, звуки. Вроде и похоже, а потом, бам, и неожиданно появляются верблюды прямо возле Галаты.«В гостях у турок», Николай ЛейкинЖурналист, некогда раскрывший талант самого Чехова (тот называл его не иначе «крёстным батькой»). О том, как купеческая чета Ивановых попадает в стамбульские курьезы. Сегодня может быть и кринж, но сделаем поправку на историческую сатиру.

, � �🍷 Ребекка Яррос @azbookaknigogolikiНемного о сюжете

:Главная героиня - Джорджия Стэнтон. После тяжёлого развода она возвращается в родной дом и получает наследство своей прабабушки - известной писательницы Скарлет Стэнтон. Среди вещей она находит незавершённый роман, и теперь его нужно дописать. Для этого ей приходится работать с популярным писателем Ноем Гаррисоном,между ними сразу возникает напряжени

е.📌История в настоящем и линия времён Второй мировой войны переплетаются и усиливают друг друга. Но мне было интереснее читать о прошлом, по-настоящему захватывало и эти главы улетали быстро. А вот настоящее немного провисало у меня, так как все казалось не искренним. 📌Сама история очень сильно бьет по чувствам, к финалу ты будто выжитый лимон от сюжетного поворота,после которого приходится переосмысливать всю книгу, 📌Часть с письмами перед каждой главой придавала истории реалистичности. Очень чувственно! 📌Если вам нравится переплетение драмы с тайной, прошлого и настоящего, ну и конечно просто эмоциональные истории про любовь, то вам понравится!📖Читали книги автора? Вам нравится, когда переплетаются два времени ? #отзыв #азбука #ребекка_яррос

после долгих ночей отсекайся после ламповых встреч отсекайся после первых двух «да» не ломайся я тебе сигу дал — отсекайся я такой молодец я хороший ты читаешь мой текст — значит тоже пусть горит абажур этой страстью пока я не скажу: «отсекайся» после нежных «прости» отсекайся после «ты не один» отсекайся мы гуляем под рок в оверсайзах нашу суку-любовь ждет assassin после ссор и качелей колбасит после сладких речей забирай всё — никотин, нектарин ананасы никого не кори отсекайся. @построчный#поэзия

Джон Стейнбек перед публикацией своего последнего романа «Зима тревоги нашей» писал в письме издателю:

Плохой роман должен развлекать читателей, средний – воздействовать на их чувства, а лучший – озарять им путь. Не знаю, сумеет ли мой роман выполнить хотя бы одну из этих задач, но моя цель – озарять путь.

Как это точно определено: «озарять путь». Есть ли у литературы другая задача, чем озарит человеку его жизнь, те скрытые даже от него самого глубины души, о которых без литературы (и вообще без искусства) он и не догадывался бы?.. Вы ведь замечали, что читая тяжелую книгу, мы не можем от неё оторваться, проживая то сложное, подчас непереносимое, о чем в ней говорится. Проживая это почти радостно. Зачем нам это? Чтобы научиться чему-то? Узнать что-то? Не знаю... наверное, нет. Литература не может ничему нас научить, она может лишь наполнить нас неведомым, непережитым лично, но с момента прочтения становящегося таким необходимым. Литература делает сложнее нас самих, углубляет и расширяет, и этим озаряет путь.В этом и есть её магия. Нет никаких муз, никаких озарений. Есть только упорный труд письма и чтения. Есть черные буковки на белой бумаге, которые превращаются нашим сознанием в картины. Картины - в образы. Образы - в мечты, или иногда в разочарования... Но все это вместе называется духовным опытом. Ради которого мы и проводим часы над книгами - с радостью и благодарностьюБез какой книги (рассказа, стихотворения, фразы) ваш духовный опыт был бы неполным? Вечерний ветер

Кровь и любовь: 5 лучших экранизаций Генрика Сенкевича Сегодня исполняется 180 лет со дня рождения «польского Вальтера Скотта» - писателя Генрика Сенкевича. Лауреат Нобелевской премии по литературе, почетный академик Санкт-Петербургской академии наук, автор исторических романов, переведенных на десятки языков, он беспрестанно искал в прошлом – будь то Древний Рим или шляхетская Польша - то, что смогло бы помочь его читателям лучше понять настоящее. За что был не просто любим – обожаем, причем, не только у себя на родине. Лев Толстой, не так чтобы очень щедрый на комплименты, называл Сенкевича «сотоварищем по писательству», а Максим Горький – «любопытнейшей, да и значительной фигурой XIX века» (и несколько раз упоминал коллегу и его книги в своей эпопее «Жизнь Клима Самгина»). С появлением кинематографа звезда польского романиста воссияла с удвоенной силой. Ведь у него было все, что так любит «десятая муза»: страсть, кровь, приключения, масштабные панорамы сражений, борьба чувства и долга. В честь юбилея Генрика Сенкевича предлагаем пересмотреть самые знаменитые его экранизации. 🎬 «Камо грядеши?» (Quo Vadis). Режиссер: Ежи Кавалерович. Польша, США, 2001Экранизация одноименного романа о гонениях первых христиан в Древнем Риме времен императора Нерона. В центре сюжета — любовь римского патриция Марка Виниция к христианке Лигии.Самый дорогостоящий фильм в истории польского кино: съемки в Италии и строительство грандиозных античных декораций обошлись примерно в 18 миллионов долларов. Но оно того стоило: мировая премьера фильма состоялась в Ватикане, лента завоевала три национальные кинопремии «Золотой орел» и была выдвинута на «Оскар». 🎬 «Крестоносцы». Режиссер: Александр Форд. Польша, 1960Историческая драма о противостоянии поляков и Тевтонского ордена, кульминацией которого стала Грюнвальдская битва 1410 года.Батальные сцены поражают воображение даже в наш век компьютерной графики. В съемках задействовано около 18 000 (!) актеров и статистов, для которых сшили 28 000 костюмов. Армию короля Ягайло и несметные полчища крестоносцев сыграли прошедшие II Мировую войну кавалеристы Войска Польского.🎬 «Огнем и мечом». Режиссер: Ежи Гофман. Польша, 1999Четырехсерийный фильм и его полнометражная версия – экранизация первой части исторической трилогии Генрика Сенкевича, события которой разворачиваются во время казацкого восстания Богдана Хмельницкого. Помимо польских звезд, Ежи Гофман позвал в свою картину и наших знаменитостей: Богдана Ступку и Александра Домогарова. Здесь есть все: и кровь, и любовь, и роскошные исторические костюмы.🎬 «Потоп». Режиссер: Ежи Гофман. Польша, СССР, 1974В съемках экранизации второй части трилогии Сенкевича, посвященной польско-шведской войне 1665-1670 годов, помог «Мосфильм». Кроме того, наши кинематографисты привлекли к работе над картиной специальный кавалеристский полк Советской Армии. Лента была номинирована на премию «Оскар» в категории «Лучший фильм на иностранном языке», а и без того популярный актер Даниэль Ольбрыхский, исполнивший сложную психологическую роль Анджея Кмицица, прошедшего путь от себялюбивого чванства до героического самоотречения, надолго стал главным символом высокого польского духа. 🎬 «Пан Володыевский». Режиссер: Ежи Гофман. Польша, 1969 Исторический цикл Сенкевича Ежи Гофман начал экранизировать с конца, с третьей части, где Польша стонет от татарских набегов и бесстрашно воюет с Турцией. Зрители были в восторге: только в Советском Союзе за первый год проката фильм посмотрели около 20 миллионов человек.Помимо Тадеуша Ломницкого, Даниэля Ольбрыхского и Магдалены Завадской, на экране можно увидеть и совсем еще юную Барбару Брыльску – будущую всенародную предновогоднюю любимицу из «Иронии судьбы». Ставьте ❤️, если читали романы Генрика Сенкевича и смотрели его экранизации.

54. и всё давно проходит мимо — ползком и вскачь унылую мне скорчит минууставший врач вот яблоки вот лето вот наряды живи как хош!а мне никак, никак не надомне снится нож закрыв глаза, в тревожной полудрёмея вижу лица из стены, они без зла они всегда, наверно, были в доме как пол, стена закрыв глаза я вижу тех любимых,что жгли мне нутрьно всё проходит мимо, мимо,мимо,их не вернуть и я болтаюсь по посёлку как в кастрюле монетка-рупьа дома просто так сижу на стуле их не вернуть да в них ли дело? может просто душа спекласьи тускло ей и грустно в этом теле ни соль, ни сластьа лишь вода, вода и испареньяно не на небь а в это странное стиховоренье хоть так вовне.#ст

Вишневая косточка под холодильникомПроводит дни безмятежноГлухоТо есть спокойно как на АД, без кортизола,Без адреналина. ИноАгентом ее никто не называет.БываетВедь и такое:Ветку трясут, вишни валятся,Лес рубят, щепки летятА потом пиздят, Что им нестрашноНу-нуПью вишневый сок У меня всё ок.