ВОРОТА В ПРОВАНСПолтора дня в Марселе — подготовка к Камино. Во-первых, потому что мы гуляли, мы гуляли, наши ноженьки устали. А теперь мы отдохнём — и в поход ещё пойдём.А чтобы разобраться с «во-вторых», надо понять, что такое Марсель. Я решила выяснить, что это за часть Марселя, где я сняла нам квартиру, погуглила Castellane и с ужасом прочла, что хотя здесь родился Зинедин Зидан, но это самый бедный и самый криминальный пригород Марселя.Выглядываю в окно — не похоже. Всё спокойно и буржуазно. У входа в нашу квартиру — еврейская мезуза. Перевожу дыхание и читаю следующую фразу: не путать с районом Кастеллан в центре Марселя… Тут всё встало на свои места, но это было очередным напоминанием того, какое непростое место этот город.Город, который из-за своего положения и удобной гавани всегда был перекрёстком культур. Здесь селились греки, финикийцы, римляне, арабы, германцы… кого тут только не было, и кого тут только нет сегодня.На берегу моря, в том месте, где вход в гавань в былые времена перекрывали цепью, стоит форт Святого Иоанна. Здесь в XII веке располагались рыцари-госпитальеры. У них останавливались те, кто отправлялся в крестовые походы. В XV веке тут была резиденция короля Рене, правителя Прованса, которому историки в XIX веке присвоят прозвище Добрый.Трудно сказать, насколько Рене действительно был добр, потому что он беспрерывно ввязывался в самые разные политические интриги — то соперничал с бургундцами из-за Лотарингии (был в плену у бургундского герцога, вышел под честное слово, снова полез в политику, и тогда ему пришлось вернуться в плен по приказанию герцога и сидеть, пока его не выкупили), то с арагонцами за Неаполь. Двух его сыновей, возможно, отравили, его дочь была замужем за английским королём Генрихом VI и больше всего известна по пьесе Шекспира «Ричард III», где она возвращается во Францию, выкупленная французским королём, и проклинает Ричарда за гибель своего мужа и сына. Впрочем, она была та ещё штучка — и Серсея Ланнистер в «Игре престолов» частично списана с неё.Рене, впрочем, любил искусство, веселье, рыцарство и возродил уже давно забытый рыцарский орден «Провансальского полумесяца», что по-французски звучит очень смешно: орден Круассана. Легенда о том, что Рене и его жена провели медовый месяц, наслаждаясь искусством, вдохновила сразу нескольких прерафаэлитов.При Рене, впрочем, форт Святого Иоанна в Марселе захватывали арагонцы, а вскоре после его смерти Прованс перешёл к Франции. И поэтому старый форт при Людовике XIV сделали частью крепости, потом он был тюрьмой и во время Великой французской революции: тут много кто сидел и много кто погиб.Потом тут находились казармы, а в ХХ веке был перевалочный пункт для солдат Иностранного легиона, отправлявшихся в Алжир, во время Второй мировой войны тут располагались фашистские войска, и в 1944 году форт был взорван.И уже одного этого краткого перечисления имён и событий достаточно, чтобы понять, сколько здесь перемешалось культур и влияний.Вернёмся к «во-вторых». Почему Марсель — подготовка к Камино? По контрасту. Большой, шумный, разноцветный, грязный, роскошный город с огромными домами эпохи Второй империи — 50–60-х годов, когда он явно изображал из себя второй Париж, с удивительными деревянными дверями, всегда покрытыми сплошной мантией граффити, с фонтанами и статуями, с туристами, нервно прижимающими к себе сумки, со снующими повсюду самокатами и мотоциклами.Когда я искала, что бы почитать о Марселе, то набрела на «Марсельскую трилогию» Жан-Клода Иззо — криминальный нуар. По одному из этих романов снят фильм, с одним из самых «нуаристых» исполнителей ролей обаятельных преступников или нарушающих закон копов — Аленом Делоном. Образ Марселя как города в стиле «нуар» совершенно затмил образ города, родины Эдмона Дантеса.Когда поезд Марсель — Арль отошёл от платформы и двинулся вперёд вдоль сиявшего моря, зелёных деревьев, фиолетовых цветов и белых домиков, стало ясно, что Марсель для нас был этакими огромными воротами, за которыми лежит Прованс — совершенно иной мир.
