Андрей Тарковский о том, что объединяет его фильмы:…«Сталкер» позволил мне с большой точностью запечатлеть идею, которая почти подразумевалась в предыдущих фильмах. Теперь я понимаю, что это такое. Кажется, я не верю в силу так называемых «сильных» мужчин; ни в слабость тех, кого мы привычно называем слабыми. Это не так просто. Или, проще говоря, это не так. Эта идея пришла мне в голову, когда я начал работать над этим фильмом. Мое намерение состояло в том, чтобы рассказать историю именно такого человека: по сути слабого человека, по сути сильного человека. Но внезапно я понял, что даже мои предыдущие фильмы были о людях такого типа. «Иваново детство» например. Фильм о мальчике. О мальчике, который погиб на войне в возрасте двенадцати лет. Мальчик, ребенок, таким образом, слабое существо, таким образом, жертва. Но на деле этот мальчик кажется мне сильнее многих персонажей, которые его окружают.Возьмем «Андрея Рублёва». Смиренный монах, чья самая монашеская жизнь предполагает смирение, кротость; в любом случае, не сильный человек в обычном смысле этого слова. Но он оказывается самым сильным: не только потому, что ему удается пережить ужасающие катаклизмы, которые опустошают вокруг него Русь и его эпоху, но и потому, что он сумел пронести через свою страшную биографию жажду творчества.Или возьмем Кельвина в «Солярисе». Типичный буржуа, несколько слабая личность. В начале он — фигура, которая меньше всего стремится выделиться индивидуально, он не желает ничего исключительного, ничего эксклюзивного. Наоборот. Хотя он ученый, психолог. И все же он оказывается сильной личностью, когда борется с проблемами собственной совести и умеет противостоять им своим человеческим достоинством. И так же со Сталкером. Он кажется таким слабым, и он оказывается самым сильным в своем желании служить другим людям, в своем намерении сделать их счастливыми. Вот что объединяет мои фильмы.
