Известно что обе картинки нарисованы одним художником. Вероятно, это личная боль автора – клубная девченка с цветным ирокезом и южнявым глупым личиком. Явно можно проследить, что образ этот – не просто схожий, а один на обоих картинках. Какой сюжет мы можем вообразить, глядя на них? В моей голове вырисовывается следующая картина: молодая панкушка, не смотря на поползновения отцовские в сторону собственной независимости, задерживается в клубе. По возвращению домой оказывается избита тираном в скуфячьей шкуре, после чего тот попадает в тюрьму, опускается и умирает от букета венерических заболеваний и туберкулеза. Жизнь после тех событий у панкушки продолжается ровно та же: пережитая травма не подает признаков на трезвую голову, благодаря диссоциации, и, возможно, нескольким конкретным ударам "в тыкву". Мать панкушки ловит блажь после смерти мужа и не может определиться в своих чувствах, без, хоть и гнилой, но опоры в виде своего муженька, не знает как жить дальше и выбирает вполне закономерную для женщины своей эпохи стратегию – канючить внимание с помощью несдержанных эмоций и воскладывания ожиданий на будущую социопатку. Антракт, конец первого акта.
