Михаил Куликов: Поднимается ветер, 1 Нации, переживающие кризис, системность и глобальность которого уже не вызывают сомнений, теряют основы идентичности. Хмурое небо над океаном истории, где плещутся волны времени, давно затянуто штормовыми тучами, и вот-вот разразится буря. Нагретая комфортом предсказуемого Потсдамского мира вода образует большой температурный градиент с холодным бесстрастным небом исторической метафизики. Грядет тайфун, готовый утянуть в воронку небытия всё избыточное и отжившее свой срок. Уже сейчас команды кораблей, будь то роскошные, но неповоротливые лайнеры европейской сборки, внушительные эсминцы Нового Света, громоздкие нефтяные баржи Персидского залива, маневренные яхты Юго-Восточной Азии или ржавые подтекающие титаники, из которых сочится чёрная и алая кровь, наблюдают завихрение в свинцовых тучах. Поднимается ветер, волны бьют по бортам, и раскачиваемые экипажи с пассажирами отчаянно ищут опору. Благополучное меньшинство предпочитает не замечать качки или уповает на непрестанную беготню живой силы на борту, которая призвана компенсировать качение перестановкой мебели. Так двигаются процентные ставки, меняются налоговая, монетарная, миграционная и пенсионная политики в социальных государствах всеобщего благоденствия. Когда волны были редки и невысоки, это прекрасно работало, но в хаосе надвигающегося шторма создает лишь иллюзию полезных действий. Большинство же менее благополучных судов ищет на что опереться в пучинах, усеянных останками былой славы. Батискафы державной мифологии с упрямыми водолазами-прошляками исправно достают со дна морского груды ветхих обломков былых идентичностей, черепа предполагаемых героев и сундуки с испорченными ценностями. Турки грезят славой османов, Китай выстраивает мифологию на 4 тысячелетия назад, одурманенные несостоявшимся величием своего королевства венгры расчесывают имперские болячки, сербы мертвой хваткой держатся за манихейский косовский миф и воспроизводят своих «князей лазарей» с завидным упорством эпилептоида. На постсоветском пространстве украинцы заглядываются на сомнительную славу Киевской Руси, татары — на мачеху русской матрицы варварскую орду, национально ориентированные альтернаты-регионалы в России — на давно канувший в московское болото Новгород, рисуя с него иконы святого Китежа - всех и не перечислишь. Конца и края не видно этой морской болезни под названием #футурофобия. Поднимается ветер, не освежающий ветерок перемен, воспетый Scropions (подчас он вселяет ложные надежды), а безжалостный ледяной ветер Истории, что грозится расставить всё (и всех) по своим местам. Для многих это пучина забвения, куда они так упорно стремятся. Охваченных некрофилическим влечением к отжившему, прикованных якорями ко дну, усеянному остовами и костями, стихия примет их первыми. Но для редких судёнышек маргиналов, не вхожих ни в одну флотилию, открывается небывалая ранее возможность оседлать стихию. И здесь их, казалось бы, устаревшая конструкция — прямая сетевая связность и отсутствие громоздких структур вроде партий, учёных кафедр и бизнес-проектов — и архаичный подход к морскому делу — без формальной организации труда и связей со всяческими ЛОМами — только на руку. Ветер перемен, пусть шквальный и ледяной, можно поймать только парусом. Одним таким судном стало скромное по размерам, но уникальное основание Острог, прокладывающее курс в будущее, где нет места вони от застойных вод затянувшейся эры никчемности. Арт Леонид Тишков#цайтгайст #избыточные #Острог_философия #Острог_страницы, №25https://surl.li/lyuhcv
