ЧАСТИ ТЕЛЬНОГОЭтот проект - мой взгляд на профессию артиста кино, точнее, на «кинозвезду». На тех, кто щедро делится своим образом с миллионами зрителей для создания великих иллюзий. Киноактёр отражается в массовом сознании как в диско-шаре, размножая свою идентичность разными образами. Эти образы, - части целого, которые живут в сознании зрителей. Как тут остаться целым?Кино, — это монтаж, метафора нашего восприятия мира. Глаз любит разнообразие, а из последовательности планов рождается история, миф, культурный код человечества. Части тельного – монтаж конкретного артиста, моя мифология «кинозвезды».
Natasha Dikunova
@Natasha_Dikunova_Zipalova · 369 подписчиков
Посты канала Natasha Dikunova в SillyFeed: единая лента публичных Telegram-каналов со ссылками на оригиналы.
Мои картины мира
Посты канала
У произведения должен быть большой возрастной диапазон зрителей. Подсуньте детенышу рассматривать «последний день Помпеи» или Босха и ему станет «жутко» интересно. Пейзаж, натюрморт, портрет будут радостью узнавания и заложат привычку искать гармонию вокруг себя. Но вряд ли ребенок будет заинтересован грязными пятнами на холсте или часами сидящей неподвижно женщиной . Т е у «современного искусства» есть возрастной порог. я не про 18+, а про порог восприятия. И наоборот- красивыми кадрами мультфильма, казалось бы расчитанного на детей, любуются многие взрослые. Если в мое поле видимости попадет ежик в тумане, унесенные призраками или кубо, скорее всего я прилипну и надолго, когда случайно нажатая кнопка на канал «карусель» вызовет тик глаза. У настоящего искусства зритель без возраста!!!
Ещё по теме «Искусство и дизайн»
Искусство и дизайнЯ в детстве: отказываюсь работать в огороде и утверждаю, что никогда не буду этим заниматься Также я, как только перевалило за двадцать:
... Подзором также называют полосу ткани с вышивкой или кружевом, пришиваемую к одному из длинных краев простыни, так что при застеленной постели подзор остаётся открытым и свисает над полом.
Я, конечно, не из тех людей, которые могут пропустить суперинсталляцию Уго Рондиноне во Франкфурте. Рондиноне родился в том самом 1964 году, когда его будущий муж, поэт Джон Джорно, сыграл роль спящего в бесконечном фильме Энди Уорхола «Сон». Теперь он веселый вдовец, и скульптуры у него жизнерадостные. В Приштине Рондиноне покрасил суровый памятник югославским партизанам в легкомысленный пурпур, в Лас-Вегасе поставил 7 волшебных радужных гор, ну а сейчас во дворе Штеделя сложно сочетаются серебряные истуканы, зеркала и увеличительные стекла, но ни в один кадр вся эта исполинская конструкция не влезает.
Подборка букендов (держателей для книг), 1900-1920-е гг.
Рене Лалик (René Lalique): линияГребень-диадема Ветвь яблони из рога, золота и бриллиантов, 1901–1902 гг.Цветение яблонь – и вишень заодно – у меня всегда ассоциируется с этой вещью Рене Лалика из лиссабонского музея Калуста Гульбенкяна. Благодаря его поддержке была создана большая часть ювелирного наследия художника, а благодаря его музею мы можем увидеть самую крупную коллекцию Лалика. Хороший человек, одним словом )#магиякомпозиции
Название сервиса👇https://creatoom.com/Более 200 стильных, бесплатных мокапов Сохраняй, чтобы не потерять)
Укладка бордюра в Кирове выглядит так: минус десяток взрослых лип на будущий год. Повредили всю корневую систему 50-70-летних деревьев и УДПИ «с удовольствием» их на будущий год спилит и вместо довольно уютной Преображенской мы получим очередное г.
Кстати, про футбик. Материалов по дизайну в футболе не так много, а красивых тем более. Недавно Гарри привёз из Лондона чумовую книжку Football Designing the Beautiful Game, издательства Counterprint (у них хочется скупить всё, такие они хорошие). Выход книги приурочен к одноименной выставке. Взгляд на предмет в ней немного поверхностный, просто потому что одна книга все аспекты его не уместит. Но какие-то интересные детали отражены и картинки красивые — хочу теперь джерси Палмейрас с логотипом Кока-колы.
Заметки об израильском театреЯ сегодня наконец-то сходила на Fulcro. Начали с «Шутки». Я слышала миллион восторженных отзывов, приглашала ребят на Фестиваль «В чемодане», что вывело нашу программу на совершенно новый уровень. Такое сочетание профессионализма, выученности и таланта встречается нечасто. Я вообще поняла, что особенно люблю труппы, выросшие из институтских курсов. Эта атмосфера студийности сохраняется очень надолго и придает театру особое обаяние и теплоту. Череду моих любимых курсов (а они бывают только в тандеме с выдающимся мастером) начинают, конечно, Фоменки, потом несколько поколений Женовачей, Погребничко и его Около, Козлов и его Мастерская. Брусникинцев полюбить до конца не успела или не захотела — не вполне моя эстетика. Так вот, костяк Фулькро вырос из курса Вениамина Фильштинского. И это очень чувствуется. Ребята невероятно талантливые, их энергетика просто сбивает с ног, диапазон актерских средств широк — от фарсовой клоунады до высокого трагизма. А теперь «НО». Им бы материал хороший и выстроенный… а то получается какой-то набор отдельных образов и сцен, как в клиповой нарезке. Герои перемещаются из Парижа 20х годов в советские концлагеря и обратно довольно легко, только вопрос: надо ли?тот же Юрий Погберничко работает в этой эстетике уже лет 30 — у него в очень многих спектаклях девушки носят невероятной красоты вечерние платья с телогрейками и шапками-ушанками. И проповедническое резонерство Дины Вернисебя хорошо и смешно отдельно, но с основной канвой спектакля не очень вяжется. Хотя ее реплики очень злободневны, остроумные и яркие.Еще моя вечная мысль, вынесенная с многочисленных выставочных комиссий Третьяковской галереи: мы должны поднимать зрителя до своего уровня, а не наоборот. А тут много сделано именно в угоду зрителю, чтобы он не заскучал — какие-то репризы, интерактив с залом (с детства ненавижу сидеть на первом ряду все время боюсь, что вытянут на сцену) вставлены довольны часто, чтобы зрители, не дай бог, не слишком расстроились из-за тяжести предыдущей сцены.Итак, выводы мои такие: ребятам нужен сильный мастер и лидер, который бы дал им хороший материал для постановок. И талант, и разносторонность актеров поражает и очень вдохновляет, хочется очень посмотреть остальное, чтобы не расставаться с ними надолго! (И найти наконец-то такой спектакль в Израиле, на который захочется возвращаться) — ведь свои любимые спектакли в Москве я пересматривала по несколько раз за сезон. PS. А еще когда в детстве в спектаклях что-то шло не так, я всегда с сомнением спрашивала маму: это случайно или нарочно? Так вот, когда на спектакле у Анастасии выпала сережка, Руслан Барабанов так артистично не поднял и положил в карман, что у меня в детстве не осталось бы никаких сомнений в том, что так и задумано было!
Тяжело жить, когда твой режим полностью подвластен приливам вдохновения.И ты лежишь ночью, ищешь и пишешь. Ищешь и пишешь.