Не идти против ветра1/7. За три года работы и исследований, обсуждений в центральноазиатском пространстве, у меня все больше ощущение, что методологии, которые были созданы и отработаны в американской количественной социологии здесь просто не работают. Качественные - работают, если не завязаны на жёстком гайде / отборе. Сложности перевода делают исследования жёстко зависимыми от уровня экспертизы перводчика-полевика.2/7. Подобное ощущение у меня уже было один раз, когда я начинала только препарировать городское планирование сквозь призму социо-правовых исследований (socio-legal). И ответ там - как он остался в статьях - связан прежде всего с культурными паттернами, то есть, особенностями социальных взаимодействий. Однако, вопрос в чем воплощается материально эти культурные взаимодействия? И кажется, в том, что можно было бы назвать морфологией отношений: не настолько жесткой как структура, и не настолько изменчивой, как сеть. 3/7. И тут ключевое - для какой морфологии создавались методы социальных исследований в Америке первой половины ХХ века? Страна после Великой депрессии, которая очень пыталась увидеть свою структуру нововременным способом, в том смысле, какой был у Фуко: превратить глубокие сложные семейные или клановые сети в мелкую нарезку нуклеарных ячеек, которые будут зависеть не от связей, а от государства и взаимодействовать с ним. 4/7. Это, конечно, очень упрощенное описание, но тем не менее, оно позволяет увидеть, что такой общей сетки на Глобальном Востоке (термин Мюллера и Трубиной) - нет. О том как это отображается в искажениях методов много писал уважаемый ДМ Рогозин, но не показывал, как это связано с другой морфологией. 5/7. В исследованиях по Алматы у нас в какой-то момент возникли две метафоры - Алматы как Барселона и Алматы как Венеция (даже в СМИ осталось благодаря градостроительным пресс-конференциям). Барселона - это та самая имитация модернистской сетки, которой так славится город. Но если копнуть глубже - и это видно также на структуре отношений и чем дальше, тем больше - город распадается на очень небольшие "острова" / группы, связанные природным или социальным языком / отношениями. Внутри групп есть своя иерархия, срезы по горизонтали могут давать ощущение, что есть модернистская сетка, если взять достаточно насыщенный слой, а если разреженный - то что существует резкое неравенство, которое не ясно как компенсируется. И эту скрытую морфологию методы не учитывают, потому что пытаются просто найти достаточно насыщенный слой. 6/7. С другой стороны - глубокие каньоны, которые есть в таком ландшафте, позволяют проходить через него достаточно большим потокам. Это не плоская равнина, а четко обозначенные пути и также как в обычном горном ландшафте ты можешь идти по каньону и тогда с тебя возьмут пошлину за то, что ты здесь прошел, а можешь взять проводника, который покажет тебе более простой путь, или в обход застав. И главное здесь - не пытаться срезать пути оптимальным и эффективным образом, потому что они тогда идут против ветра - и против сложившейся морфологии. 7/7. Что это значит для методологии? Наверное, надо очень точно прицеливаться, к кому ты хочешь попасть, как ты делаешь срез. Нужен скальпель хирурга, а не фармацея. Обычная демография тут мало что дает. И это уже создает проблемы: кажется, что понятно, кто нужен на исследование, но ты видишь ТЗ, видишь задачу и понимаешь, как выстраивается паттерн практик человека под эту задачу. А иначе - не то, не так, перекосы, искажения и на выходе то, что вообще не предполагается данным методом.** Степь показывает уязвимости методов и учит меня не идти против ветра - но это очень новое чувство. Надеюсь, этой заметкой я начала разматывать новый большой клубок
