Триумфальная арка персонажа| Мария Гурова

С возрастом у меня появилась такая черта: если в компании мне неинтересно или не комфортно из-за хотя бы одного человека, темы разговора или атмосферы, в целом, я перехожу в режим энергосбережения. То есть, мало говорю, могу залипать в одну точку, вообще быть безучастной или просто встать и уйти куда-то погулять, посидеть в телефоне или поспать. Раньше я была более общественно одобряемая, терпела до последнего, старалась всех развлечь беседами, заботой и культурной программой, но потом стала понимать, что эта работа гейшей меня выматывает. И не то, чтобы я стала интровертивной. Всего лишь стала прислушиваться к своим чувствам. Еще теперь отказываюсь ехать на какую-то встречу или праздник, если уже заранее чувствую, что я там скорее устану, чем отдохну. Короче, более бережливо отношусь к своей социальной батарейке. И мне так печально оттого, что у меня так мало "идеальных" компаний и мероприятий, чтобы прям набор людей и программа на вечер точно были заряжающими, а не исчерпывающими силы. Чувствую, что я должна это сама как-то исправить. Но черт... Я же знаю, что это тоже будет долгим и изнуряющим процессом.

У меня есть первые рукописи, которые я уже не хочу исправлять или переписывать. Но в них уже тогда я использовала приём "рассказ в рассказе". Вы могли и по Циклу о Спящем короле заметить, что я такое люблю: например, "Плач Рогневы", "Мэб и Мот". И вот в тех первых работах сохранились такие же сказки, притчи и новеллы, которые вписаны в общий сюжет, но и самостоятельно читаются. Подумала, что надо их "изъять" из старых текстов и показать вам. А еще заметила, что все они написаны в магическом реализме. Недавно подумала, что рано или поздно приду к этому жанру. В "Вящем стаде" почти пришла. Может, это магический реализм и есть, а не тёмное фэнтези. В общем, планирую вам к Новому году, раз ничем пока новым не порадую, принести отредактированных "малышей".

Отрывок из пролога, который я читала с листа на питчинге: Действие развернется в романе о детском крестовом походе, о святой пророчице, о наказании и искуплении, о влюбленном рыцаре и о вампирах. Так и есть, оба собеседника в масках являются вампирами, как бы по-разному они не относились к собственной сути. Пусть это откровение и рушит интригу, но зато позволяет излагать все честно. Ведь именно на честности и чести зиждется одряхший образ рыцарства. Что же до вампиров, то пусть это сочетание в купе с кавалерскими регалиями не покажется вам странным. Сам по себе вампир являет образ закостенелого аристократа, некогда талантливого, сильного и прекрасного, но спустя века пьющего кровь простого народа, чтобы самому выживать. Именно здесь, в феодальных войнах и крестовых походах зарождалось дворянство Старой Европы. Именно здесь собрались те, кто обнажали свои мечи и зубы, а потом либо замаливали грех, либо принимали его в себе так бессовестно, что и все прочие жаждали занять их место.

Непонятные и странные мгновеньяЖизнь как жизнь и поле перейтиОбстоятельств странное стеченьеТы попробовал согреть в горстиРазвлекается костёр сожжёньем плотиУдивительная хуетаКаждый тут на ёбаной работеА-та-та-та-та-та-та-та-таЯ не выбрал между смертью или жизньюПросто я не смог не смог смог не смогОттого ли смотрит с укоризнойНа меня мой бог мой бог мой бог

🪀🪂🏏🏀🪂⚽️🎽 ⛹🤸‍♂🥅🪀⚽️Сегодня хочу с вами поделиться нашей любимой книжкой ❤️Веселые пупырышки Мы выбрали с животными, но есть еще вариант с транспортом. Книжка тяжелая по весу, но ребенку ее держать и нести не нужно, в только листы переворачивать.Мы пока просто ищем и лопаем пузырики, но там есть и задания, а можно придумать и самим) Помимо пупырышек можно просто рассматривать картинки, считать орешки, искать похожих рыбок.#книжная_полка

История. Время. Пространство.Людские слова и дела.Полвека войны. Христианства Двухтысячелетняя мгла.Пора бы и угомониться...Но думает каждый: постой,А, может быть, мне и приснитсяБессмертия сон золотой! Георгий Иванов1954

Oooooookay, let's hit itПравильный ответ на вчерашнюю загадку:SHE'S NOT IN TROUBLE в данном случае означает «ей не влетит, ее не накажут, что бы она там ни сделала». На этот момент все уже нервничают достаточно, чтобы не обращать внимание на любые обстоятельства ее исчезновения. Откуда мы это берем? В первую очередь, вы удивитесь, но банальнейшим образом из словаря. Просто не надо искать слово trouble, надо искать (to be) in trouble / (to get) in/into trouble. The Free Dictionary, который всегда хорош для поиска заковыристых штучек, дает все ТРИ определения, которые вы вчера тут так или иначе перечисляли:1. To be subject to punishment for a particular offense or wrongdoing.2. To be in a problematic situation or in a state of hardship.3. To be pregnant, particularly of one who is young and unmarried.Про то, что в двуязычном словаре нам делать категорически нечего, я даже не упоминаю.Первое (нужное нам) значение прочно живет в дискурсе «родители и дети», это знают все носители, это полезно знать и намYou're in serious trouble! – рассерженный родитель объявляет о своем намерении применить санкции. Am I in trouble? – испуганный ребенок боится, что ему влетит от любой авторитетной фигуры (учитель, родитель, доктор и т.п.)You're not in trouble, I promise! – испуганный родитель обещает ребенку, что ему не влетит, только пусть, ради бога, скажет, правда ли его младший брат проглотил кусок лего, потому что тут дело не на два шлепка, а на ER + medical bills.Взрослый человек может использовать это выражение для обозначения любых проблем с крупными эгрегорами и авторитетными фигурами: например, закон. Или фортуна. Спортивная команда, проигрывающая 5:2, может быть описана как being in trouble.Почему не годится второе? Если про сейчас – то это глупо: девочка пропала, есть очень большие шансы, что она действительно в беде. (Я досмотрела передачу. К моменту пресс конференции девочки уже не было в живых, и любой взрослый человек знает, что это, увы, вероятный сценарий. Так что сюда этот смысл не лезет). А вот если про то, что она «хорошая девочка и не имеет проблем с мальчиками, наркотиками, учебой, депрессией и т.п.», то в 90% случаев носитель пойдет через перфект. Потому что функция жизненного опыта и накопительного эффекта: 'Never been in any trouble, never had any touble.' Может ли быть Present Simple? Да, может, но его исключает пункт первый: по смыслу это либо глупо, либо жестоко.Почему не годится третье?Потому что на дворе не шестидесятые. Ранняя беременность, внебрачная беременность – эти слова люди давно научились выговаривать словами через рот прямо и нейтрально. Вот в Dirty Dancing, действие которого происходит в 1963 году, герои действительно долго выясняют, who got Penny in trouble. Прямая цитата: 'I see someone in front of me who got his partner in trouble... and sent her off to some butcher...' – тут все понятно, что и trouble – не непонятная проблема, и butcher – не мясник.Словарное значение остается, жизнь в современном дискурсе – нет. Это значение будет сразу маркировать ситуацию временем, а в пресс-конференции о пропаже подростка из документальной передачи этому значению делать абсолютно нечего. *** Это то, чем я занимаюсь последние уже лет – не помню, сколько. Живую речь нужно изучать, а не проектировать, тогда будет норм. Все остальное обречено на провал между «чему меня учили» и «как на самом деле говорят». И на неумение собрать смысл из совершенно знакомых слов. Потому что в речи все работает не так, как в учебнике. Но это вы и без меня, кажется, знаете. Да?

Когда говорят: «Раньше не было никакой депрессии! И ничего, жили!», я начинаю думать о русской литературе.Вот, например — поэма Евгений Онегин. Пушкин описывает депрессию у Онегина. Депрессия — не первопричина, трагичной истории Евгения, но, на мой вкус, свою роль сыграла в том, чем все закончилось. Ведь события разворачиваются, когда состояние было подзапущенным. «Весь мир, сквозь черное, мутное стекло» — так часто описывают люди с депрессией свое восприятие реальности. Через такие очки сложно увидеть и принять любовь девушки, ранимость друга, свои потребности и себя самого. #Депрессия — болезнь, пусть и часто не видимая другим, ведь симптомы часто обесцениваются самими больными и их окружением. Триада для определения депрессии:✅ я плохой✅ мир плохой ✅ будущее плохое Несколько тестов, которые вы можете пройти: https://psytests.org/depr/zung-run.htmlhttps://psytests.org/depr/bdi-run.htmlhttps://psytests.org/diag/hdrs-run.htmlНе игнорируйте себя, если чувствуете «хандру»🙏🏻

Пока пишу магистерскую, хочу рассказать о лагерных воспоминаниях Хавы Волович. Ее «Повесть без названия» — пока что самый впечатляющий текст о ГУЛАГе, который мне доводилось читать. Повесть охватывает не только лагерные годы Волович, повествование начинается…

Короче, не суть. Сама фигура Эммы Лайон меня не ахти как привлекала, но я надеялся что-то там про свою любимую королеву найти. Найти-то я нашел, но нашел much more than I bargained for. In a good sense. История знаменитой курьтизанки и сошиал-клаймберши рубежа 18-19 столетий мне знакома, в том числе по одному-двум сентиментальным романам, которые я прочитал в юности, - но тут она была рассказана такой изысканной прозой, что я провалился в текст полностью. Герои предстали предо мной как живые, чудные, порочные, слабые, славные, со всеми их внутренними пружинами, вожделениями, радостями, иногда кровавыми. Гамильтон, его Эмма, ее адмирал Нельсон раскрылись вдруг с такой стороны, которую я бы и не заподозрил. Сам текст струится и течет как дыхание. Я уже в середине книги только глянул на имя автора. Сьюзан Зонтаг. Я ее знал, - знаменитая писательница, феминистка, спутница фотографини Энни Лейбовиц. Но не читал ни строчки у нее. А тут, совершенно рандомно, напоролся на такой ошеломительно приятный сюрприз. Ссылку давать не буду (или дам в комментах, ежели будут), поскольку все равно, мне кажется, знание контекста эпохи вроде как полезно при чтении и непосвященному читателю будет не так увлекательно. С другой стороны, это мой снобизм говорит, скорее всего. Книга точно не про историю (и не про Марию Каролину), она про человеческую натуру с ее страстями. Зонтаг, кажется, даже специально писала так, чтобы читать могли не только history buffs (окей, задроты) типа меня, - у нее и имена и даты все размыты, а фокус наведен на чувства, звуки, вкусы, прикосновения. Короче, кому любопытно, "Любовница вулкана" называется роман.Он мне по звучанию текста напомнил Маргерит Юрсенар. И ее же напомнил еще один роман, выловленный тем же неводом, когда я искал, чем себя занять, в секции исторической прозы. "Кеплер" ирландского писателя Джона Бенвилла. Ничего мне писательское имя не говорило и не говорит, но я чекну его другие книги. Поскольку его роман про немецкого математика рубежа 16-17 веков мне тоже зашел чрезвычайно. Надо сказать, что мне математика и всякая там астрономия ни к черту не сдались - недостойный потомок целой плеяды математиков, я ничерта в точных науках не смыслю и смыслить не желаю. Книгу открыл тоже с извращенной целью найти там очередного Габсбурга, Рудольфа II. Он там есть, мельком, как его отдаленная потомица Каролина в предыдущей книге, но случилась та же магия, и текст потащил за собой неотвратимо, хотя, казалось бы, ну что там? Биография ученого, пусть выдающегося, но мне не интересного, в судьбе которого никаких авантюристических поворотов не происходило to my knowledge (та же Эмма Гамильтон хотя бы начинала проституткой, стала женой посла и фавориткой королевы, любовницей одного из величайших флотоводцев в истории и умерла в нищете), - но вот поди ж ты! Это хорошая проза, написанная с явным знанием эпохи, полная любопытных деталей и опять же flawed but curious персонажей, которую хочется читать и читать. Я начал чтение с середины, дочитал до конца, мне не хватило, я начал сначала и не заметил, как прочитал еще раз то, что закончил всего пару дней назад. Словно пожил жизнью Кеплера пару дней. Любопытный опыт погружения в текст. Все, минутка задротства закончилась. Спасибо всем, кто дочитал

Зимой мы ездили поздравлять Георгия Григорьевича с 90-летим юбилеем. Внутренне тогда для себя отметила - хочу такую же светлую голову в эти годы! А сегодня он ушел. Легкой дороги, легенда!

Отношения с академическим письмом и причём тут Макс ФрайБуквально несколько недель назад я осознала, что у моего академического письма есть проблема. Я слишком много думаю о выборе слов, о тоне, о звучании написанного уже на моменте формулировки мысли в голове. То есть, на секундочку, ещё до появления первого черновика! Любой коуч по академическому письму сказал бы, что это токсичная перфекционистская привычка. Но я люблю копаться в глубинах собственной (и не только) психики и решила копнуть поглубже, в мои личные причины. И вот что я поняла.Долгое время письмо было для меня сокровенным, интимным актом. Со старшей школы я начала писать стихи, а иногда прозу. Производить смыслы из слов, выражать словами чувства, увековечивать эфемерную красоту переживания в речи - это то, что в моём мире максимально близко к магии. И да, я поняла, или, скорее, вспомнила, что я обожаю писать. По идее.Но академическое письмо и чтение как будто насаждает мне другие ценности письма и слова. Чуть более, скажем так, утилитарные. И честно скажу, после многих лет ежедневного чтения научных статей разнообразного качества, моя любовь к чтению и языку, прямо скажем, слегка притупилась и зачерствела (отдельный вклад в это, как мне кажется, внёс академический немецкий - моя писательская антимуза). Но зато я и мои отношения с текстом и письмом - это целостная система, и ей до фонаря, пишу ли я стихотворение о любви (любовях!) всей моей жизни или рецензию на самую унылую статью во вселенной. То есть значимость музыки и красоты текста для меня не иссякла. И я поняла, что мне очень срочно нужно реанимировать свою любовью к тексту и письму. Найти свою писательскую музу. И я вспомнила про Фрая и Лабиринты Ехо - книги, которые я читала в школе и которые, как мне кажется, основательно повлияли на мои характер и мировоззрение. И скажу даже больше - продолжают преображать мою реальность и влиять на моё настроение сейчас точно так же, как и в школьные годы.То, что мне в этих книгах кажется особенно замечательным - это то, что они предельно неутилитарно относятся к языку. Герои говорят там 20 слов, вместо того, чтобы сказать 5. Но в этой болтливости столько юмора, радости, столько смысла, что без этих «лишних» слов весь этот мир просто рухнул бы. А по правде говоря, без них он не смог бы возникнуть.Вряд ли конечно моя диссертация получится столь же увлекательной, как истории про сэра Макса, но я надеюсь, что последний как минимум поможет дописать мне мной многострадальный текст и, чем только Тёмные Магистры не шутят, ещё и насладиться процессом.

Хотел написать пост о ценности перевода с английским в эпоху, когда "все же по-английски понимают". И даже написал, кстати. Но наткнулся на интересный фрагмент, которым не могу не поделиться.В буддизме Махаяны, где ты стремишься не к личному освобождению из сансары или просветлению, а к благу и просветлению всех живых существ, есть такая штука – шесть парамит (на санскрите – paramita). Если сильно упрощать, то это что-то вроде шести добродетелей, среди которых щедрость, дисциплинированность и т.д. Сами нагуглите, если будет интересно. Param – означает "другой берег", ita – прибывать. Соответственно, парамита означает примерно "прибыть на другой берег".А вот вам отрывок из книги Александра Ивановича Герцена «С того берега». Wink-wink, братья, как говорится. Nudge-nudge, сестры.«Наша жизнь - постоянное бегство от себя, точно угрызения совести преследуют, пугают нас. Как только человек становится на свои ноги, он начинает кричать, чтоб не слыхать речей, раздающихся внутри; ему грустно – он бежит рассеяться; ему нечего делать – он выдумывает занятие; от ненависти к одиночеству – он дружится со всеми, все читает, интересуется чужими делами, наконец, женится на скорую руку.Тут гавань, семейный мир и семейная война не дадут много места мысли; семейному человеку как-то неприлично много думать; он не должен быть настолько празден. Кому и эта жизнь не удалась, тот напивается допьяна всем на свете - вином, нумизматикой, картами, скачками, женщинами, скупостью, благодеяниями; ударяется в мистицизм, идет в иезуиты, налагает на себя чудовищные труды, и они ему все-таки легче кажутся, нежели какая-то угрожающая истина, дремлющая внутри его.В этой боязни исследовать, чтоб не увидать вздор исследуемого, в этом искусственном недосуге, в этих поддельных несчастиях, усложняя каждый шаг вымышленными путами, мы проходим по жизни спросонья и умираем в чаду нелепости и пустяков, не пришедши путем в себя».Вот что ни говори, а русские классики иногда не даром ели свой хлеб.