Как перестать бояться и полюбить ЕГЭКаждый год на фоне приёмных кампаний в вузах звучат призывы отменить ЕГЭ и заменить его на вузовские вступительные испытания. ЕГЭ много за что критикуют. Тут вам и большой стресс, и сложность заданий, и возможность списать. А мой самый любимый аргумент: «ЕГЭ проверяет не знания школьника, а его “надрессированность” решать ЕГЭ». Несложно заметить, что эти претензии противоречат друг другу. О какой сложности идёт речь, если на экзамене можно списать или «надрессироваться»? И разве стресс от более строгих условий проведения — это не следствие мер, направленных против списывания? Впрочем, даже не будь эти аргументы противоречивыми, ни один из них не свидетельствует в пользу вузовских вступительных. Ведь всё то же самое можно сказать о реальных вступительных. Благо, сегодня такие проводятся и мы вполне можем по ним судить о том, как бы выглядела процедура, замени мы ею ЕГЭ окончательно.На вузовских вступительных школьники также стрессуют. Эти вступительные также имеют свой порог сложности. На них также можно списать, при должной изобретательности. И если убрать ЕГЭ, то выпускные классы из «дрессировки на ЕГЭ» превратятся в «дрессировку на вузовские вступительные». Кажется, размен ЕГЭ на вступительные — это в лучшем случае «шило на мыло». Но только если закрыть глаза на тот факт, что результаты ЕГЭ одинаково применимы ко всем российским вузам. Вступительные же надо будет писать в каждом университете отдельно, а правила проведения и перечень вопросов могут и наверняка будут варьироваться от вуза к вузу. В итоге количество стресса и «дрессировки», через которые придётся пройти каждому школьнику, чтобы иметь мало-мальски приличные шансы на обучение в вузе, кратно возрастает. Преимущество ЕГЭ здесь хотя бы в том, что оно как бритва Оккама отсекает лишние процедуры скиллчеков для каждого школьника.Однако есть ещё два аргумента, которые озвучивают против ЕГЭ, но которые работают куда лучше против вузовских вступительных. С одной стороны, ЕГЭ винят в повальной коррупции, а с другой — в нечестности (например, произвольности оценки, которая зависит от субъективного мнения проверяющего). Даже если это справедливо для ЕГЭ, для вузовских вступительных уместность этой претензии стоит умножать в два, а то и три раза. Причина — непрозрачность этих вступительных. Критерии оценки ЕГЭ — публичная информация, которую можно найти на сайте ФИПИ. Это не делает ЕГЭ полностью прозрачной и кристально чистой процедурой, но по крайней мере задаёт понятные ориентиры для случаев, когда ваши права или целостность процедуры были нарушены.Критерии же оценивания вузовских вступительных — это внутренняя и закрытая информация для пользования сотрудниками вузов. Пространство для коррупции здесь очевидно. Вы можете быть главным знатоком физики, но в конкурсном списке вы можете оказаться ниже Вани Ерохина, который на уроках физики спал, зато родился в семье нефтяников. И никто не будет вам раскрывать основания для снижения ваших баллов, потому как это внутривузовская информация. И даже если каким-то неведомым образом никто в вузе не будет использовать такую закрытость и непрозрачность, чтобы реализовывать свои личные экономические интересы, оценить такую процедуру как честную всё равно не удастся. Принцип честной игры предполагает, что всем участникам известны правила и все находятся в одинаковой стартовой позиции, чтобы достичь успеха в этой игре.На вузовских же вступительных абитуриенты оказываются в неравном положении. Очевидно, выпускники привузовских лицеев или всяких подготовительных школ будут лучше знакомы с критериями оценки, чем какие-то приезжие талантливые школьники из провинции, у которых есть нужные знания предмета, но не хватает знания формальных критериев. Этим бедолагам предстоит надеяться на Фортуну, чтобы их видение экзаменационного ответа совпало с теми критериями, по которым судят экзаменаторы. Надо ли говорить, что это грубейшим образом нарушает принцип равенства возможностей даже в его самой меритократической интерпретации? ЕГЭ на этом фоне просто торжество принципов честной игры.
