Стихи Aни Стрибуль 🌱

не про колобка Тот, кто жил до него знал одну лишь дорогу — на стол.Боль одну тоже знал — нож в хребет и разрезали вдоль.А на мякише масло, сырок (или что-то еще). Тот, кто жил до него,тот дружил с ароматным борщом. И всё. Тот, кто жил до него, никогда не сбегал со стола.Разве могут у теста быть планы, задачи, дела?Тот не пробовал жить по-другому. А надо вообще?И он просто тонул. Как и сотни таких же. В борще. Тот, кто жил до него,тот не пел. Никогда. Никому. Не смеялся, не видел воочию злую лису. Тот любил свой спокойный пшеничный и теплый мирок. А потом… появился в их хлебном кругу колобок. Соскочил со стола,покатился, чтоб жить по-другому. —Нам судьба колобка почему-то до боли знакома.2024г.

Наша милая молодость…Наша милая молодость, жизнью кипящая молодость! Ты приветлива очень, приветлива к нашей весне.Но упрямо считаешь, что сила для юных — особенность.Но упрямо считаешь, что слабость — удел седине. Ты влечешь нас к вершинам, к вершинам успеха и радости. Мы мечтательно смотрими просто на месте стоим. Где взять силы для жизни? Ну разве взаймы взять у слабости…Мы лишь ею богаты. Мы лишь из неё состоим. Ты прости нас, пожалуйста, жизнью кипящая молодость. Наши лучшие годы —примите унылый привет…—Только наше бессилие, жалкая наша беспомощность нас ведут к небесам с этих юных безрадостных лет.

Время и(стекло)Гена из тех, кто угрюм, одинок и печален. Гене немного за сорок. Но Гена не старый. Он на базаре купил новогоднюю ёлку и потащил в снегопад и мороз по поселку.Дома достал из мешка ароматную ношу. Сел по-турецки. От радости хлопнул в ладоши. И засмущался потом: он — мужик, не мальчишка, и потому так по-детски вести себя — слишком.Гена в кладовку пошел за коробкой игрушек. С детства осталось там много стеклянных зверушек. Толстый слой пыли смахнул и… глаза округлил.Всё по кусочкам мельчайшим. Никто не дожил. «Нас обманули, на счастье, не бьется стекло», — тихо сказал. Что-то больно внутри обожгло.—Выкинь из шкафа и жизни разбитое, Гена. Все что случилось когда-то уже не изменишь. Ёлку укрась просто дождиком и мишурой. Пусть без игрушек, но главное, чтобы с душой…декабрь, 2024 годАня Стрибуль

Неочевидный (и на мой взгляд, самый эффективный) способ укрепить руки и спину. Та самая осанка.Отжимания, планки, подтягивания? А вот и нет! Просто попробуйте какое-то время постоять или посидеть с вытянутыми вверх руками (фото 1, 5). И непросто поднятыми, а прям включёнными, сильными, натянутыми, длинными (как мы в йоге делаем). Если не понимаете о чём я, возимые между ладоней блок и тяните его к потолку (фото 3, 4).Идём дальше. Попробуйте наклониться с вытянутыми вдоль головы руками. И с вытянутым позвоночником, разогнутой грудной клеткой, естественно, без всяких горбов, так сказать. Посидите тут, подышите, порефлексируйте. Или в динамике вверх-вниз (фото 2, 6, 7).Скорее всего уже на следующий день вы поймёте, что именно прорабатывают эти простые положения. Почувствуете плечи, спину, бока и…. ноги. Обязательно ноги, потому что силовые наклоны всегда выполняются на сильных ногах, подтянутых бёдрах. Это база.❤️‍🔥Давайте! 5 дыханий в каждом положении. Именно дыханий, потому что я знаю, что захочется не дышать, затаиться:)Ох, знали бы вы сколько вот таких сокровищ в йоге, стали бы энтузиастсткой и проповедницей йоги! Прям как я:))

Друг мой, друг мой,Я очень и очень болен.Сам не знаю, откуда взялась эта боль.То ли ветер свиститНад пустым и безлюдным полем,То ль, как рощу в сентябрь,Осыпает мозги алкоголь.Голова моя машет ушами,Как крыльями птица.Ей на шее ногиМаячить больше невмочь.Черный человек,Черный, черный,Черный человекНа кровать ко мне садится,Черный человекСпать не дает мне всю ночь.Черный человекВодит пальцем по мерзкой книгеИ, гнусавя надо мной,Как над усопшим монах,Читает мне жизньКакого-то прохвоста и забулдыги,Нагоняя на душу тоску и страх.Черный человекЧерный, черный…«Слушай, слушай, —Бормочет он мне, —В книге много прекраснейшихМыслей и планов.Этот человекПроживал в странеСамых отвратительныхГромил и шарлатанов.В декабре в той странеСнег до дьявола чист,И метели заводятВеселые прялки.Был человек тот авантюрист,Но самой высокойИ лучшей марки.Был он изящен,К тому ж поэт,Хоть с небольшой,Но ухватистой силою,И какую-то женщину,Сорока с лишним лет,Называл скверной девочкойИ своею милою».«Счастье, — говорил он, —Есть ловкость ума и рук.Все неловкие душиЗа несчастных всегда известны.Это ничего,Что много мукПриносят изломанныеИ лживые жесты.В грозы, в бури,В житейскую стынь,При тяжелых утратахИ когда тебе грустно,Казаться улыбчивым и простым —Самое высшее в мире искусство».«Черный человек!Ты не смеешь этого!Ты ведь не на службеЖивешь водолазовой.Что мне до жизниСкандального поэта.Пожалуйста, другимЧитай и рассказывай».Черный человекГлядит на меня в упор.И глаза покрываютсяГолубой блевотой.Словно хочет сказать мне,Что я жулик и вор,Так бесстыдно и наглоОбокравший кого-тоДруг мой, друг мой,Я очень и очень болен.Сам не знаю, откуда взялась эта боль.То ли ветер свиститНад пустым и безлюдным полем,То ль, как рощу в сентябрь,Осыпает мозги алкоголь.Ночь морозная…Тих покой перекрестка.Я один у окошка,Ни гостя, ни друга не жду.Вся равнина покрытаСыпучей и мягкой известкой,И деревья, как всадники,Съехались в нашем саду.Где-то плачетНочная зловещая птица.Деревянные всадникиСеют копытливый стук.Вот опять этот черныйНа кресло мое садится,Приподняв свой цилиндрИ откинув небрежно сюртук.«Слушай, слушай! —Хрипит он, смотря мне в лицо,Сам все ближеИ ближе клонится. —Я не видел, чтоб кто-нибудьИз подлецовТак ненужно и глупоСтрадал бессонницей.Ах, положим, ошибся!Ведь нынче луна.Что же нужно ещеНапоенному дремой мирику?Может, с толстыми ляжкамиТайно придет «она»,И ты будешь читатьСвою дохлую томную лирику?Ах, люблю я поэтов!Забавный народ.В них всегда нахожу яИсторию, сердцу знакомую,Как прыщавой курсисткеДлинноволосый уродГоворит о мирах,Половой истекая истомою.Не знаю, не помню,В одном селе,Может, в Калуге,А может, в Рязани,Жил мальчикВ простой крестьянской семье,Желтоволосый,С голубыми глазами…И вот стал он взрослым,К тому ж поэт,Хоть с небольшой,Но ухватистой силою,И какую-то женщину,Сорока с лишним лет,Называл скверной девочкойИ своею милою».«Черный человек!Ты прескверный гость!Это слава давноПро тебя разносится».Я взбешен, разъярен,И летит моя тростьПрямо к морде его,В переносицу……Месяц умер,Синеет в окошко рассвет.Ах ты, ночь!Что ты, ночь, наковеркала?Я в цилиндре стою.Никого со мной нет.Я один…И — разбитое зеркало…https://youtu.be/2BqZ0pY3loc?si=3BnIB9thWwucXJ_J

#простотакВот что делать, когда просыпаешься, а у тебя в голове стишок:Габриэль Гарсиа ЛоркаНе любил шутить про хлоркуВот откуда это? И нахрена?

Познакомила племянницу с Гарри Поттером)) ей понравилось!Слава богу! Ребенка из дома выгонять не придется 😆

Сказка "Иван Коровий сын", иллюстрации П. Багина, 1983 годОдна из моих самых любимых русских сказок — "Буря-богатырь Иван Коровий сын", записанная А. Н. Афанасьевым в Оренбургской губернии.Сказка повествует о том, как у короля и королевы не было детей, и было предсказано, что королева сможет родить, если съест златокрылую щуку, пойманную шелковым неводом. Щуку поймали и приготовили для королевы, помои от готовки вылили за окно, и их выпила корова, а крылышко щуки отломила и съела служанка, которая несла блюдо королеве. В итоге родились три богатыря, совершенно одинаковые — голос в голос и волос в волос: Иван-царевич, Иван Девкин сын и Буря-богатырь Иван Коровий сын.

за сегодня я полностью ушла в чтение «уроки химии» и мне осталось даже меньше чем , 200 страниц думаю , что сегодня закончу , хочу оставить эту историю дома и не продолжать читать ее на отпуске 📸🐻мне очень нравится в книге ощущение постоянных событий , развития , характеры каждого героя даже второстепенных лично для меня книга очень хорошо написала

Я никого не обманывалЯ никому не вралА тут неистовымиКОГТИЩАМИВпился в меня — АВРАЛИ я под этим чудищемПолзу через гущу делРастерянным взглядомИщу ещё…Этим делам предел!А мир улыбается опытноИ шепчет мне — “не ищи!Пределов ваще во вселенной нет —Ты лучше лицо сполощи!”Ты лучше заметь дыханиеТы лучше замедли шагИ то чему нет НАЗВАНИЯПризнает тебя — ты маг!А маги — никогда не опаздываютУ них — своё исчисление летОни оживляют взглядамиИ в гуще — цветёт букетИ то что казалось чудищемУже свободно паритУ магов — своё призвание —Улыбкой Мир подбодритhttps://t.me/ostrostih

Одна из самых продаваемых книг этого сезона — по опросу моего любимого книжного магазина в Нью-Йорке, McNally Jackson — мемуары Keith McNally, владельца сети ресторанов и самого легендарного в городе Balthazar. Очень советую для чтения или прослушивания (я обычно такие лёгкие мемуары слушаю в наушниках). В книге Keith делится интересными и смешными историями: о своей молодости, путешествии в Афганистан в юности, первых влюблённостях. Меня покорил его искренний стиль.Для сравнения, мемуары Грейдона Картера — основателя Air Mail и бывшего главного редактора Vanity Fair — меня так не увлекли, но их тоже советую.

Сегодня мы хотим представить вашему вниманию графический роман под названием «Морт Синдер», который называли «образцом жанра хоррор-комикса», «лучшим аргентинским комиксом» и «историей ужасов с политическим подтекстом».Альберто Бреччиа и Эктор Херман Оэстерхельд — культовые фигуры золотого века аргентинского комикса. Альберто Бреччиа считается одним из самых влиятельных комиксистов в истории, он рисовал биографию Че Гевары и работал над адаптациями произведений Лафкрафта, По, Борхеса и других.Оэстерхельд известен своим романом «El Eternaut» ("Этернавт"), ставшим знаковым произведением для аргентинской культуры. Он занимался обличением режима военной диктатуры, был за это похищен вместе с семьей и сгинул без вести. Из-за его смерти «Морт Синдер» так и не был завершен.Главный герой этого произведения — бессмертный путешественник во времени, проводником которого по эпохам становится смерть. Погибая и возрождаясь, он продолжает карабкаться по вехам человеческой истории: иногда Синдер встречает примеры невиданной отваги, однако чаще всего – боль, разрушения и невыносимую несправедливость.Вместе с ним читателю предстоит посетить худшие места, где довелось побывать человеку: от линии фронта («Мать Чарли») до американской тюрьмы («В неволе») и от эпохи жертвоприношений («Витраж») до участия в легендарном сражении 300 спартанцев («Фермопильское сражение»).Благодаря мастерству художника комикса, Альберто Бреччиа, рассказы Синдера превращаются не в месиво безысходных страданий, а в контрастный калейдоскоп: свет и тьма рисунка резко сменяют друг друга, герои становятся негодяями буквально за мгновение. В каждой истории заложена интрига, повод для размышлений и миниатюрная драма, иногда даже с оттенком чернейшего юмора. Узнать больше о комиксе «Морт Синдер».Напомним, что ранее мы уже писали о другом культовом произведении дуэта Бреччиа и Оэстерхельда — романе «Этернавт», а также других выдающихся графических романах: серии «Корто Мальтезе», «Никополе» Энки Билала, «Незримых» Гранта Моррисона и «V значит вендетта» несравненного Алана Мура.

Функция так называемой «мысли–Мао–Цзэдуна» заключалась в том, чтобы быть источником мысли. Люди действительно мыслили и создавали впечатление, что они мыслят.Кристиан #Жамбе 🚬 (2000)Суверенист по имени #Мао👦И ещё несколько слов о желании масс. В соответствии с собственной логикой, ленинизм хочет, чтобы массы были научены их желанию, которое является политическим, а не экономическим, но о котором сами они не знают ничего. Мы же утверждаем, что желание масс является тем, чем оно является, что оно существует само по себе, что оно ни скрывает, ни таит в себе «истинное» желание, которое бы требовалось довести до сознания. Роль Партии заключается в том, чтобы направлять это желание к его исполнению или собственному пределу [à son terme], а не выдумывать такой для него, смело вести его через опосредующие инстанции [médiations], на которых оно рискует остановиться, прямо к его цели. Возьмём пример, который, мы считаем, сделает эту мысль яснее. Когда массы покушаются на тиранов помельче, ненавистных им всего более, тех, которых они знают напрямую и чей гнёт они терпят непосредственно [immédiatement], хотя это всего лишь тысячная ступень власти, они ни в чём не ошибаются, их желание совершенно «правильное»: то, что они желают уничтожить — в лице этой шестёрки — это само угнетение; когда рабочие, на заводе, нападают на младших начальников, речь идёт именно о политическом желании, не имеющем отношения к работе «профсоюзов», потому что под угрозу этим нападением ставится та организация власти на фабрике, что служит моделью для Власти внутри капиталистического общества, концом [terme] которой является открытая борьба против Государства и гражданская война. Если, таким образом, желание останавливается на чём-то, что находится в непосредственной близости от него [immédiat], не доставая своим острием того, что опосредуется всеми этими инстанциями [le plus médiatisé] и всегда остаётся невидимым, своего рода Deus absconditus буржуазной власти, то дело не в том, что желание обманывается [se trompe], ни даже что оно обмануто, но в том, что оно подавлено [réprimé]. Мы видим, что, противостоя этому подавлению, отправляющему власть как таковую, роль Партии, в конечном счёте, состоит в том, чтобы мыслить в терминах упорства, неотступности, непрерывности, нежели в терминах понимания и знания. Ги #Лардро 🚬 (1973)Золотая обезьяна. Эссе о понятии «этапа» в марксизме