Антропология повседневности

Впереди выходные. А значит новый список фильмов от меня может быть полезным. Самия (2024, Италия / Германия / Бельгия / Сомали, реж. Ясмин Самдерели)Фильм погружает в жизнь сомалийской семьи. Самия смелая девочка, бегунья, но она бежит от войны, от бедности, от патриархального представления о том, чем должна заниматься сомалийская женщина.Самия тренируется среди руин Могадишо, где хаос, терроризм и безысходность. Ещё больнее от того, что этот фильм снят на реальных событиях. День восьмой (1996, Франция / Бельгия, реж. Жако ван Дормель)Очень французское кино, грустное и смешное одновременно. Добрый наивный сюжет о случайной встрече успешного (на первый взгляд) бизнес-тренера с парнем с синдромом Дауна.Майя из Штормскери (2024, Финляндия / Швеция, реж. Тийна Люми)Скандинавская история о том, как молодая девушка Майя, выдается семьей по патриархальным обычаям замуж. Муж увозит жить ее на безлюдный остров. Здесь главная роль отдается суровой северной природе, гипнотически красиво показанной в этом фильме. Сам сюжет наивный, простой. Но почти на три часа ты погружаешься телом и чувствуешь соль, ветер, мох под ногами, запах рыбы…«Должность»Очень короткий и крутой мультфильм про социальные роли и неравенство.Ной — белая ворона (2003, Исландия / Дания / Германия / Великобритания, реж. Дагур Кари)Ной живёт в маленьком исландском посёлке, где все знают всех, будущее уже как будто случилось, и ничего интересного от него не ждут.Фильм про подростковую отчуждённость и про провинцию как особый фон для взросления.Все мои рекомендации можно найти в группе по тегу #повседневноекино

В романтических поисках человека «неэкономического» в мегаполисе, ради чего и было затеяно мое диссертационное исследование неформальных досуговых практик, я открываю все больше и больше интереснейших теорий.Например, общество сингулярностей — идея Андреаса Реквица, описывающая переход от логики общего к логике особенного. В эпоху позднего модерна ценность смещается с унификации на уникальность и аутентичность. В отличие от индустриального общества, где доминировали массовые товары и социальные роли, сегодня более востребовано индивидуальное — от потребительских практик до способов самовыражения. Как я вижу, эта тенденция затрагивает и сферу досуга: альтернативные массовым самоорганизованные коллективные практики вроде ридинг‑клубов, лекториев или поэтических кружков процветают в том числе потому, что позволяют участникам проявить собственную уникальность через совместный, но при этом персонализированный опыт. Такие практики становятся способом демонстрации культурной компетентности и поиска «своих», разделяющих схожие ценности.Сообщества по интересам возникают вокруг идеи лидера или группы лидеров, находят сторонников, ресурсы и поддержку. Они становятся устойчивыми, множатся и будто принципиально сохраняют свою некоммерческую природу. Удивительный опыт - знакомство с поэтическим клубом Иппокрена. Метод — ооочень включенного наблюдения, где в ходе работы думаешь: «Почему же сама не подготовилась к чтению своих стихов на этом вечере». И эти мысли возникли вместо стандартных мучительных этических дилемм во время полевого исследования. Не знаю дойду ли до конца, но люди, которых я узнаю и их деятельность, которую наблюдаю, совершенно точно стоят того, чтобы про них рассказывать. На первой фотокарточке я, как зритель среди поэтов. Фотографии опубликованы с разрешения сообщества, отдельное спасибо фотографу Юле

Здесь я, как последователь гуманной педагогики, не соглашусь. Считаю, что «авансовая» поддержка может работать в сторону мертоновского «самоисполняющегося пророчества».Думаю, что если сравнить уровень поддержки внуков бабушками, он тоже будет значительно выше получаемой поддержки детьми от родителей. Но портило ли это нас?Нет никого, кто победил бы влюблённую во внука бабушку в уровне «подхалимства»))) (в самом высоком и положительном смысле)Мои умозрительные наблюдения сводятся к тому, что любимые внуки часто вырастают умеющими любить взрослыми.Кстати, интересно, можно ли ИИ обучить подходам гуманной педагогики?

Экзаменационный вопрос гласил: «Объясните, каким образом можно измерить высоту здания с помощью барометра»Ответ студента был таким: «Нужно подняться с барометром на крышу здания, спустить барометр вниз на длинной веревке, а затем втянуть его обратно и измерить длину веревки, которая и покажет точную высоту здания». Я предложил студенту попытаться ответить еще раз и предупредил его, что ответ должен демонстрировать знание физических законов. Новый ответ на вопрос гласил: «Поднимитесь с барометром на крышу и бросьте его вниз, замеряя время падения. Затем, используя формулу L = (a*t^2)/2, вычислите высоту здания. Можно выйти на улицу в солнечный день и измерить высоту барометра и его тени, а также измерить длину тени здания. Затем, решив несложную пропорцию, определить высоту самого здания. Есть очень простой способ. Вы берете барометр в руки и поднимаетесь по лестнице, прикладывая барометр к стене и делая отметки. Сосчитав количество этих отметок и умножив его на размер барометра, вы получите высоту здания. Если вы хотите более сложный способ, привяжите к барометру шнурок и, раскачивая его, как маятник, определите величину гравитации у основания здания и на его крыше. Из разницы между этими величинами, в принципе, можно вычислить высоту здания. В этом же случае, привязав к барометру шнурок, вы можете подняться в вашим маятником на крышу и, раскачивая его, вычислить высоту здания по периоду прецессии. Лучшим, пожалуй, является такой: возьмите барометр с собой, найдите управляющего зданием и скажите ему: «Господин управляющий, у меня есть замечательный барометр. Он ваш, если вы скажете мне высоту этого здания». Студентом был Нильс Бор (1885–1962), датский физик, лауреат Нобелевской премии 1922 г.

Такая школаВ 1984 году я впервые переступил деревянный порог старенькой кафедры психиатрии Пермского медицинского института на территории областной психиатрической больницы в самом центре города. Место было как родное. Через дорогу напротив располагалась школа, в которой я учился, и мы всю юность проводили в кустистых и, соответственно, тенистых аллеях больницы, где нам — школьникам — можно было безнаказанно курить, выпивать и целоваться.Лекции по медицинской психологии читал заведующий кафедрой, легендарный Виктор Степанович Гуськов и его ученики, которые потом стали моими учителями. Но Виктора Степановича я тоже застал, когда пришел на кафедру сначала в качестве старосты психиатрического кружка, а потом — в качестве ординатора после окончания медицинской академии.Он был монументален. Высокий, резкий, властный, умный рваными движениями он с трудом ходил по кафедре, ненавидя свое тело за немощность после нескольких инсультов. Ученики берегли его до последнего.Когда ему трудно стало даже говорить, они нашли выход. На каждую тему занятия были созданы прекрасные диафильмы (современное поколение, скорее всего, уже не знает, что это такое) с текстами и иллюстрациями. Студенты по очереди читали текст, рассматривали картинки, а ученики Виктора Степановича — доценты кафедры — перед каждым циклом вежливо разговаривали со старостами групп на предмет того, что, если кто-то обидит Виктора Степановича, или выскажет недовольство качеством занятий, или посмеется над его рваной речью, вся группа будет сдавать экзамен лично им, и это будет очень трудный экзамен.И никакой демократии.P.S. С Виктором Степановичем у меня связан один интересный жизненный эпизод. Сначала он не любил меня. Как я уже сказал, я был старостой кружка психиатрии, а куратором кружка был не самый хороший и порядочный человек, и его миазмы распространялись и на меня.Когда я поступал в ординатуру, Виктор Степанович решил меня испытать (как я потом узнал, он всех своих учеников испытывал). И я прошел испытание. Но как!Совершенно случайно примерно за полгода до поступления в ординатуру я купил только что вышедшую в 1987 году книгу Владимира Рожнова «Гипноз от древности до наших дней». И там мне попалось полное имя известного врача древности — Парацельса: Филипп Ауреол Теофраст Бомбаст фон Гогенгейм Парацельс. Оно меня так впечатлило, что я выписал имя на бумажке, повесил ее над своим столом и выучил.На собеседовании при приеме в ординатуру Виктор Степанович долго скептически смотрел на меня.— Вагин?— Да.— Староста кружка?— Да.— Борзенковский выкормыш?— Да.— Кто такой Филипп Ауреол Теофраст Бомбаст фон Гогенгейм?— Парацельс.Виктор Степанович удивлено хмыкнул. На этом собеседование было закончено.Только после этого Виктор Степанович, встречая меня в коридоре, курящего с его учениками, похлопывал по плечу и коротко говорил: «Можно учить».P.P.S. Профессор Иван Федорович Обросов (ученик Виктора Степановича) как-то признался мне, что Виктор Степанович, принимая на работу, отвел его в ЦУМ, подвел к прилавку с пуговицами, попросил посмотреть на них, потом развернул спиной к прилавку и спросил, какого цвета пуговицы лежат в каком ряду и сколько их.Такая школа.

уже очень скоро мы столкнемся с поколением тикток детей, и это будет реально жесть, ну с теми, кто доживет конечно, кого не затравят лекарствами и химозной хавкойнас ждут реально мега ебанутые времена, лет 15 и будет такой невероятный диф между массой и детьми, которым повезло как-то вырасти вне системы или избежать ее влияния

Конец года, многие хотят погреть руки об оценку качества образования. Пока задерживается законопроект о том, чтобы оценивать качество образования каждого школяра ежегодно, специально отобранными организациями за дополнительную плату из бюджета, с передачей, так сказать, дела оценивания на аутсорс. Но мы знаем, как наша Дума умеет взяться за дело, когда дело кому надо дело. Так что, может случиться,не успеем с каникул вернуться, а глядь, уже отделили тех, кто учит, от тех кто проверяет. Будет как в сказке "Вершки и корешки". Но не сидеть же уполномоченным организациям пока без подогрева? Для этого московские школьники пишут независимые диагностики от МЦКО. Конечно, всё по просьбе и решению самих школ, у них же автономность, причем приключается она со всеми разом, как грипп. Суть такая: получил 2 или отсутствовал, не аттестуют, в следующий класс не переведут. Куда ж тогда денут? Ладно, из 10 можно в колледж уйти (теоретически, если места будут), но 7, 8 класс, куда этих "не преодолевших базовый порог"? Их "траекторию" Московское образование пока не раскрывает. Но вернёмся к оценке качества образования, ведь сам процесс оценивания, выбранные для этого материалы, результаты могут рассказать о качестве образования и целях и самих оценщиков немало. Особенно в сравнении. За точку отсчёта возьмём текст изложения для советских школьников.

В работе над связной речью учащихся большое значение имеют изложения. Наряду с другими упражнениями они помогают формировать умения и навыки, необходимые всякому культурному человеку.

Так обозначают свою цель авторы Сборника текстов для изложений 4-8 классы (1981) Л.А. Виноградова и А.Н. Горчак. Видим, что авторы вместе с тогдашним Министерством просвещения хотят видеть школьника культурным человеком, с богатым словарным запасом, логическим мышлением, широким кругозором. Для них очевидно, что школьника надо научить излагать (!) свои мысли в соответствии с нормами русского литературного языка.  Выше приведен текст изложения с творческим заданием. Всего 311 слов, нужно написать подробное изложение и  ввести в него описание фона картины и портретную характеристику одного из персонажей. (Из своей головы ввести описание, дополнительно к 311 словам). Дети коллективно составили план, где содержатся  слова "поза", "жест", упоминается  "композиция картины". До этого дети объясняли значение искусствоведческих терминов "композиция", "репродукция', "гамма".Для сочинения используется картина "Отдых после боя", см.выше. Как вы думаете, для какого класса эта работа? (Напоминаю, что русский язык заканчивали изучать в 8 классе, сдавали экзамен в школе и всё, дальше только литература).

В КНДР одобрены изменения в законодательство, в соответствии с которыми, в случае похищения или уничтожения руководства страны, по соответствующей стране автоматически наносится ядерный удар (под песню «Гангман стайл»). Особо и не скрывается, что это сделано под впечатлением от бандитских действий США по отношению к руководству Венесуэлы и Ирана. Разумеется, никто и близко не рискнет совершить что-то подобное по отношению к руководству КНДР, потому что все знают, что ракеты с ядерными боеголовками обязательно полетят.Вот так довольно скромными средствами при наличии воли и решимости можно добиться максимального результата. Думаю, в перспективе в КНДР пойдут реальные инвестиции, а Иран заключит с США сделку на взаимовыгодных условиях, в том числе и вернет свои активы.Жесты злой воли Запад прекрасно понимает и уважает, а жесты доброй воли просто принимает за слабость и приглашение к дальнейшей агрессии.

Из сообщества СЯУ ("Сегодня Я Узнал"): "Сегодня я узнал, что жук-скакун (он же жук-тигр на английском) бегает настолько быстро, что его мозг не успевает на бегу строить картинку и жук натурально слепнет. Поэтому он 1) иногда останавливается чтобы прозреть и оглядеться 2) на бегу выставляет перед собой усы, чтоб не врезаться во что-нибудь" (с, Алексей Беляев).

(Телефон напомнил)Мой милый, если б не было войны!Как же хочется, чтобы ее никогда и нигде не было!

Самый игнорируемый этап в изучении языка Не буду томить и сразу скажу, что это наслаждение от того, как вы говорите на иностранном языке. Некий промежуточный итог, который подпитывает мотивацию. Многие из нас, начиная учить язык, хорошо знают, для чего его учат (вуз, командировка, хобби и т д). И в основном это ‘хочу говорить на нем’. Но вот что удивительно: выбрана программа, человек начал учить язык, вроде бы идет по намеченному плану, и… не тренирует разговорный навык. Уроки проходят молча, а языковые занятия такими быть не должны. Даже на начальном уровне - можно, как минимум, тренировать фонетику и делать shadowing (повторять за носителями в видюшках, например). Но говорить нужно не только по этой очевидной причине. Когда мы тренируем речь на иностранном, вырабатывается дофамин и мы на несколько минут наслаждаемся нашими маленькими победами. И это подпитывает нас идти дальше. Одним словом, это ключевой момент в любом обучении - наслаждаться процессом и регистрировать любые достижения.

Млечный путь и извержение вулкана (слева) на снимке от астрофотографа Хавьера Мартинеса!

Krank — не только “больной” 🫢В разговорном немецком слово krank часто означает не только «болен». В повседневной речи оно может использоваться гораздо шире — и даже с положительным оттенком.Например:• Das ist krank! — Это безумно круто / жесть!• Bist du krank? — Ты что, с ума сошёл?• Die Party war krank gut. — Вечеринка была просто нереально классная.То есть krank в разговорном немецком может означать:• «ненормальный»,• «шокирующий»,• «очень сильный / крутой» — в зависимости от контекста.Важно: в таком сленговом употреблении слово звучит очень разговорно и не всегда уместно в официальной речи.То бишь, если немец говорит „Das ist krank!“, он не обязательно имеет в виду болезнь. Часто это просто эмоциональная оценка: «Это жёстко!» или «Это реально круто!»А вы знали о таком употреблении слова krank?