Об ответственности за поиск экстремистских материаловСегодня Госдума прияла законопроект
№ 755710–8 «О внесении изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях».Изначально, в момент подачи его в ГД в октябре 2024 года, он касался усиления ответственности за отдельные правонарушения в сфере транспортно-экспедиционной деятельности. Законопроект прошёл первое чтение в январе 2025 года.
Но во втором чтении в него были внесены поправки в части ответственности за нарушения в сфере связи и информации, включая введение административной ответственности за поиск запрещённых материалов. Законопроект принят 285 голосами «за».
Диспозиция статьи изложена следующим образом:
Умышленное осуществление поиска в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» заведомо экстремистских материалов, включенных в опубликованный федеральный список экстремистских материалов или указанных в пункте 3 статьи 1 Федерального закона от 25 июля 2002 года № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности», и получение доступа к ним, в том числе с использованием программно-аппаратных средств доступа к информационным ресурсам, информационно-телекоммуникационным сетям, доступ к которым ограничен.
Санкция для физических лиц — штраф в размере от 3 до 5 тыс. рублей.
Принятый ГД законопроект, конечно, обязателен к исполнению, однако назвать его примером грамотного правотворчества крайне сложно.
Во-первых, убеждён, что подобные законопроекты должны вноситься в ГД отдельно, а не в виде поправок.
Во-вторых, фильтровать контент должны поисковики, они это вполне успешно делают уже не первый год и введение в КоАП дополнительного административного правонарушения выглядит излишним.
В-третьих, по сути, авторы поправки — сенаторы Шейкин, Кувшинова и Смашнев — вменили всем нам в качестве обязанности изучение
опубликованного на сайте Минюста России списка экстремистских материалов, в котором 5473 позиции, включающие мемы, книги, тексты, песни и видео. О внесении многих материалов судами различных регионов России в соответствующий перечень подавляющее большинство граждан даже не подозревает.
В-четвёртых, непонятно как правоохранительными органами будет устанавливаться факт доступа (доносы граждан, передача данных поисковыми машинами, социальными сетями и так далее) к запрещённым материалам.
Не ясно, как доказывать умысел со стороны гражданина и не будет ли злоупотреблений со стороны правоохранительных органов с попыткой выдать переход по ссылке по неосторожности за умысел.
Нет ответа на то,
как быть тем, кто подобные материалы изучает вынужденно, например, научным сотрудникам или журналистам.
Отсутствие ответа на подобные вопросы уже само себе свидетельствует о качестве правотворческой деятельности авторов данного законопроекта.
Банальная логика подсказывает, что не стоит вводить налоги, администрирование которых обойдётся дороже поступлений от них, а также вводить юридическую ответственность статьями, допускающими неоднозначное толкование со стороны правоохранительных органов.
В целом, подобные истории сами себе свидетельствуют о весьма специфичной правовой культуре сенаторов и депутатов, нежелании их вникать в детали, а также в примате политической целесообразности и пиара над здравым смыслом. Такой подход приводит к снижению уровня доверия к ГД и СФ, которые периодически входят в режим бешенного принтера, штампующего разнообразные запреты и вводящего ограничения, лишь усложняющие жизнь простого человека.
А ещё они не могут не натолкнуть на мысль о необходимости присутствия в ГД крепкой либеральной партии, которая могла бы уравновесить достойное лучшего применения рвение депутатов и сенаторов от консервативного лагеря.
Законотворческая деятельность — это не запреты и ограничения, в том числе вводимые задним числом (концепция длящихся правонарушений), а изначально предельно вдумчивая работа над законопроектами, чтобы после их принятия не приходилось спешно вводить новые статьи в УК/КоАП.