п.с. Для самих себя сестрам не то чтобы запрещено, но крайне не поощряется принимать что-либо в дар.К слову, этот вопрос - один из самых деликатных в сестринском служении. Потому как бойцы всегда обижаются, если не принять от них шоколадку или какую-то другую вкусность в благодарность за труд. Кто-то из сестер принципиален (так как вообще-то батюшки рекомендуют отказываться от подарков). Я же не могу отказать бойцу, который протягивает мне шоколадку или яблоко со словами: "Возьмите, я от чистого сердца". Какого-то однозначно правильного ответа тут, вероятно, не существует. Тем и утешаюсь...
Отдельной публикации, пожалуй, заслуживают комментарии тех, кто переводит средства на покупку коляски для бойца Алексея Горенкова. Ну то есть ваши комментарии, мои уважаемые читатели.В основном (что логично) вместе с переводом идёт пометка: "коляска", или: "Алексею", или: "Помощь". Но есть и такие подписи, которые вгрызаются в сердце, подобно какой-то исторической памяти, что ли. Иначе не знаю, как это объяснить.К примеру, один даритель подписал свой перевод: "Алёше". Алёше... Ну вот в этом же - мы все, вся наша генетическая и какая угодно другая память о войне. И пронёсся материнский крик: — Алексей! Алёшенька! Сынок! — Словно сын её услышать мог...Или вот: Стоит над горою Алёша, Алёша, Алёша...И - да, не цветы этот Алёша, как и тогда в песне пелось, дарит. А мы всем миром ему на коляску собираем. Времена идут - ничего не меняется, и жизнь в нашем богоспасаемом Отечестве так же сложна и путь так же тернист.Но пока земля наша рождает таких вот Алёш, и пока мы всем миром готовы помогать им за их Подвиг, - вот до той поры и будет жить наша земля, наша общая Родина. Временщики, казнокрады, всякого мерзавцы - это всё всегда было, человек слаб по натуре своей. Но не мерзавцами полнится земля наша. Не ими... Они по каким-то причинам выбирают подлую сторону истории - но история отправляет их за это на вечное человеческое осуждение. Оставить по себе смрадную память - так себе достижение, если честно. Вот ...Что же касается тех, у кого ввиду каких-то причин не осталось в памяти того самого солдата Алёши, то мне с такими людьми просто не о чем разговаривать. Они больше не мои люди. У нас с ними больше нет ничего общего. Я пройду мимо таких - и даже не обернусь. Они почему-то выписали себя из своих для таких, как я. Что ж? Надеюсь, что других -то своих они всё-таки нашли. Потому как в одиночку выплыть в этой жизни всё равно не получится. Таков её, этой жизни, закон...А я - дома. Со своими людьми, со своими бойцами. На своей земле. Мне не о чем жалеть и не за что краснеть в этом смысле. И слава Богу.
Расколотое сознание реальностиКогда в голове у кого-то параллельно существуют две абсолютно разные реальности, то это обычно называют шизофренией, если я не ошибаюсь. Расколотое сознание. Мда. А если окружающая действительность напоминает расколотое сознание?..… В столичном районе, где я проживаю, - достаточно хорошие дороги и тротуары. Были. До тех пор, пока там не начались масштабные (на мой взгляд, даже показательно масштабные) переделки. К нам понагнали кучу разномастной техники, повскрывали асфальт абсолютно везде и сразу, сняли абсолютно все бордюры и начали всё основательно перекапывать и перекладывать.И Бог бы с ними, с этими бордюрами. Бог бы с ним, с хорошим асфальтом (хотя почему это – Бог бы с ним?). Но ведь главное-то лично для меня заключается в том, что я своими собственными глазами наблюдаю всё это строительное буйство параллельно с разговорами про напряжение в бюджете (война – штука дорогая); параллельно с повышением налоговой и прочей финансовой нагрузки на бизнес; параллельно с продолжающейся оплатой всем миром бойцам на фронте коптеров, РЭБов и прочих жизненно необходимых всем нам (а защита – это базовая потребность каждого гражданина) вещей.И ведь дело-то в том, что всё это я наблюдаю именно что одновременно. Часто – даже одномоментно. Ну то есть я в одну секунду могу идти мимо сдирающих прошлогодний асфальт рабочих в своем районе – и тут же, не отходя от кассы, изыскивать деньги на срочную заявку на РЭБ, прилетевшую от бойцов. Ну вот прямо на том же самом месте изыскивать, где эти деньги, извиняюсь, улетают в асфальтовую прорву.Я вот думаю: это что, специально так сейчас всё задумано - или просто по старой привычке, по чиновничьей инерции, так сказать? Помнится, у Сергей Семёныча не так давно кто-то спросил про бордюры, на что он улыбнулся и начал что-то отвечать про бизнес и доходы Москвы, а также про что-то еще. Это всё, может быть, в иное время было бы очень прекрасно и даже простительно, но ведь – война идёт. Идёт война, гибнут люди. И гибнут они в том числе ввиду отсутствия РЭБов, коптеров – словом, всего того, на что часто простые люди собирают всем миром. И что многое из этого запросто можно было бы купить, если бы в отдельно взятом месте кто-то перестал бесконечно перекладывать и так хороший асфальт.И что прикажете думать в таком случае? У нас война – или мы бесконечно кладём асфальт? А главное – как это называется, когда в голове целой страны параллельно существуют две абсолютно разные реальности?..
