Беглый опрос друзей и знакомых, уже перебравшихся в Европу или в США, показал, что какого-то простого и понятного пути у нас нет. Весь мир открыт для украинцев, но не для россиян, что, конечно, справедливо, но... не совсем. С одной стороны, вся мировая общественность, возмущается, почему россияне не протестуют, не выходят на улицы, не уезжают, и не бастуют. А с другой стороны - максимально перекрывают кислород тем, кто сделал это шаг, блокируя счета, усложняя перелёты, запрещая езду на личной машине, если она на российских номерах, ну и так далее, и тому подобное.За два с половиной года, я стал с большим пониманием относиться к тем, кто не пилит сук, на котором сидит. К тем, кто сперва уехал, но потом решил вернуться. И в мирные то годы, эмиграция не была лёгким развлечением, а в эпоху большой токсичности красного паспорта - это та ещё авантюра. Причём, авантюра, связанная с постоянным унижением, ведь ты на каждом повороте должен доказывать, что "нормальный", что достойный, что не опасный. Но, чаще всего, до доказательств дело не доходит. Многие страны ввели буквально запретительные меры против россиян, и шансов получить визу, ВНЖ, ПМЖ, гражданство - почти нет. Со временем, они "оттаивают", и приоткрывают двери, но в конце 23 года, ситуация была очень драматичная.Я специально рассказываю об этом, фиксирую, потому что про такое не принято говорить, считается, что наши проблемы - пустяки, на фоне беженцев из Украины. Но, общаясь с украинцами, даже они признают, что их доля немного проще. Им дают возможность переехать десятки стран мира, и им, после войны, есть куда возвращаться. Украина никуда не денется, поддержка мирового сообщества тоже, и ощущение глобальной правоты, крепко спаяло общество, национальное самомознание. Нам, оппозиционно настроенным россиянам, вернуться домой будет сложно, точнее - почти невозможно. 80% россиян рады "предателям" не будут, и даже если этого не скажут соседи в лицо, камень за пазухой утаить всегда сложно. Так что, действия по совести - лишают многих из нас родины в глобальном смысле этого слова. Мы чужие не только на чужбине, но и в родном доме, родном дворе, родном городе, районе, области, регионе. А раз дома нам не рады, значит и любая другая страна ничем не хуже, не более чужая, не более непонятная. Главное, это понять, принять, признать, и не отрицать. И тогда будет проще искать новую страну для жизни.И ещё, очень важно, понимать, что любая страна не идеальна. Ни Турция, ни США, ни Германия. Ни одно государство в Мире - не святое, и ко всем есть вопросики. Баланс этих вопросов, твоей вовлечённости, ответственности, и того, что даёт тебе Государство - и есть тот компромисс, на который идёт гражданин. С государством Российская Федерация у меня возникли принципиальные разногласия уже давно, в 1999 году, когда к власти пришёл ВВП. До 22 года, я боролся изнутри, пока это было возможно. Теперь у нас крайне токсичные отношения, построенные на разном представлении о прекрасном. Я всего лишь простой человек, не политик, а... путешественник, автоблогер, немного журналист, и не рождён, чтобы шить за пайку варежки другу сына начальника колонии. И я поеду жить туда, где мне будут рады, где смогу самореализоваться, где почувствую тепло. А русская культура, любовь к России как к территории, к отдельным людям - никуда не денутся. Всё своё ношу с собой.Ведомый такими мыслями, я начал сёрфить в интернете, и понял, что идеальный вариант - гуманитарная виза в Германию. С этой страной меня многое связывает. Ещё до войны, я несколько лет потратил на попытку выйти на местный туристический рынок, участвовал в выставках, оброс знакомыми. И из всех имеющихся вариантов, именно немецкий казался самым логичным, очевидным. Тем более что и "кейс" у меня подстать, неплохой, практически готовый билет.
