Литературоцентризм

Константин Симонов. ТОСКА. "Что ты затосковал?"- "Она ушла".- "Кто?"- "Женщина.И не вернется,Не сядет рядом у стола,Не разольет нам чай, не улыбнется;Пока не отыщу ее следа -Ни есть, ни пить спокойно не смогу я..."- "Брось тосковать!Что за беда?Поищем -И найдем другую".. . . . . . . . . . ."Что ты затосковал?"- "Она ушла!"- "Кто?"- "Муза.Всё сидела рядом.И вдруг ушла и даже не моглаПредупредить хоть словом или взглядом.Что ни пишу с тех пор — все бестолочь, вода,Чернильные расплывшиеся пятна..."- "Брось тосковать!Что за беда?Догоним, приведем обратно".. . . . . . . . . . . . . ."Что ты затосковал?"- "Да так...Вот фотография прибита косо.Дождь на дворе,Забыл купить табак,Обшарил стол — нигде ни папиросы.Ни день, ни ночь -Какой-то средний час.И скучно, и не знаешь, что такое..."- "Ну что ж, тоскуй.На этот разТы пойман настоящею тоскою..."#стихи

Писательство – это доля. Лоренс Даррелл говорил, что писать книги так же страшно, как спать одному в заброшенном доме. Никто за тебя не напишет тот самый диалог, который вчера вышел из рук вон плохо, из-за чего ты ночь не спала. А самое страшное время – час Петуха, предрассветная пытка. В философии иудаизма есть понятие Суда и Милосердия, на которых зиждется мир. Суд и Милосердие обеспечивают равновесие этого мира. И лишь ненадолго, перед рассветом Милосердие покидает нас, просто отводит взгляд от ничтожного человечества, и всеми нашими грехами, преступлениями, ненаписанными страницами и жалким тщеславием занимается Суд.Часика, значит, в четыре, в тяжкое время Суда – ещё темно, мир качается, не в силах подняться из-за своих грехов и своей вековой усталости, как бы раздумывая, – а на черта вообще затевать этот новый день, когда ясно, что будет он таким же паршивым, как минувший.Дина Рубина "Одинокий пишущий человек".

Была в консерватории, там литературоцентризма дают. Сергей Рахманинов. Маленькая пьеса на #стихи Игоря Северянина "Маргаритки". О, посмотри! как много маргариток —И там, и тут…Они цветут; их много; их избыток;Они цветут. Их лепестки трёхгранные — как крылья,Как белый шёлк…Вы — лета мощь, вы — радость изобилья,Вы светлый полк! Готовь, земля, цветам из рос напиток,Дай сок стеблю…О, девушки! о, звезды маргариток!Я вас люблю…

У замечательного писателя Редьярда Киплинга, которого мы знаем и любим по "Братьям Маугли", "Рикки-Тикки-Тави" и "Кошке, которая гуляла сама по себе", есть стихотворение "The White Man's Burden". Оно не очень длинное, почитайте: вот тут есть и оригинал, и сразу несколько русских переводов (зацените, кстати, какие они разные).В наши дни "Бремя белого человека" вспоминают как пример ужасающего, зверского империализма и страшное пятно на репутации писателя (нобелевского лауреата по литературе). Бывает, что эти стихи приводят и как иллюстрацию общего настроения Британской империи и США, а значит, пятна на репутации всего англоязычного общества того времени.Последнее, однако, совершенно ошибочно. Сам Киплинг в подзаголовке "Соединённые штаты и Филиппинские острова" даёт понять, что пишет политическое произведение по конкретному, чертовски актуальному вопросу: публикация стихотворения уложилась в очень короткий промежуток между подписанием мирного договора, делавшего Филиппины американской колонией (а не испанской) и его ратификацией. То есть, автор явно стремился высказаться по насущному и отнюдь ещё не решённому вопросу. Больше того, как сообщает нам такой поверхностный источник как Википедия, на дебатах по поводу ратификации договора сенатор Бенджамин Тиллман (лютый расист и сторонник линчевания) цитировал свежего Киплинга, выступая... против ратификации договора. Короче говоря, современники не только не были полностью согласны с посылом "Бремени белого человека", но и сразу разглядели его потенциал как иллюстрации минусов империализма (сенатор Тиллман, разумеется, цитировал стихотворение избирательно).Собственно говоря, эти занятные факты я обнаружил, пока писал пост, а изначально хотел поделиться другой мыслью: а вам не кажется, что этот текст отлично подходит не только для колонизаторов, но и для всех, кто собирается учить жизни других? Патерналистское государство, которое точно знает, что нам с вами стоит, а что не стоит читать в интернете; международные организации, порой не чуждые перестроить социальные институты; и, конечно, интеллигенция, которая периодически хочет учить жизнь "глубинный народ". Все они делают что-то не то, но все они готовы делать это во имя добра, несмотря на жертвы, несмотря на "The blame of those ye better, The hate of those ye guard". Что думаете?Заключение: Киплинг, конечно, нехороший империалист, но сразу очевидная противоречивость этого его текста, и мысли о неведомых Киплингу вещах, которые возникают у нас при его прочтении – именно это признаки большой и важной литературы (а не наше согласие с позицией автора)P.S. Карикатура журнала "Judje" отлично ловит дух и смысл противоречивости этого текста

Прочитала «220 метров» Евгении Овчинниковой, пока ещё была в Питере. Обычно, когда я выбираю книги, обязательно читаю пару первых абзацев. Если цепляет начало и стиль автора – покупаю. Но тут книга была запечатана, поэтому пришлось довериться аннотации: «Накануне продажи многокомнатной коммунальной квартиры в центре Петербурга под полом обнаруживают труп.» Конечно берём 🤣Дома срываю пластик с книги, открываю первую страницу и узнаю, что действия сюжета происходят в доме на 5ой Советской улице. Это прям там, где я жила, переехав в Питер. Тоже в коммуналке. Тоже с удивительным набором соседей: святыми бабками, пропитыми алкашами и дружелюбными панками. И у нас тоже однажды случился труп! Можно подумать, что автор подглядывала за моей жизнью и написала об этом книгу, но для питерских коммуналок это обычная история. Переехать жить в коммуналку – это как начать смотреть сериал с четвертого сезона и пытаться разобраться, что, почему и как тут все произошло, кто кому изменил, зачем украл бабкину курицу из холодильника и что вообще здесь делает этот непонятный мужик? В итоге забиваешь на поиски каких-либо ответов, ничему больше не удивляешься и со временем становишься частью лора многокомнатного мира. Для меня эта книга как ностальгическое путешествие в комнату, которую мы три года делили с братом, на пересечении 5ой Советской и Греческого. Мне кажется, что она зайдет всем, кто когда-либо жил в коммуналке или общаге и невольно становился свидетелем самых странных, страшных и прекрасных событий в жизни чужих людей.#книги

К МодельеруМеняется воздух,Меняются люди –В вагоне последнем Душно до жутиМаяковская. Веет любовью.Вспоминаю всегда здесь Шопена.Номер девять для флейты звучит отменно...Кстати, латте я пью на коровьем. Здесь же я, позабыв приличия,Направляясь вниз, целовалась.Это был наш последний раз –Жаль, я сразу не догадалась.Белорусская. Стейк за четыреста,Правда, путаюсь я в прожарках:Как приносят – не проверяю,А потом с грустью локти кусаю, Но заслуженно. Mea maxima culpaВ неумении ждать и в попытках Обустроить все так, как хочу я...И в настойчивости, что в избытке.Я делю на четырнадцать двестиИ беру флэт уайт стандартный.Выпиваю на месте и дальшеПо зелёной ветке гуляю.Благодарна я! За все слезы,За стыд от своих же эмоций,За волнения и за ревность,За "любовь" и её быстротечность,И за запах осенних листьевВ восемь вечера в понедельник,За взросление моих мыслей,За исписанный ежедневник,За стремление больше работать,За помолвку с учёбой на год И за то, что теперь точно знаю,Что Боярский прав: всё пройдёт.Низкий старт – объявили Динамо.И пора закрывать потокЭтих мыслей, идущих из шрамов,И стараться жить без тревог.P.S.: Ветка зелёная, а тоски такой – нетПоэма последняя, а метро моё – нет.Вагон пустой, а мой взгляд – не такой,И я счастлива быть живой.

📚Многие знают и помнят книгу «Волшебника Изумрудного города» из детства.Но не все знают, что это только первая из шести книг.Цикл Александра Волкова - это волшебные приключения, которые становятся всё насыщеннее, глубже и «взрослее» с каждой частью.1. Волшебник Изумрудного городаТема: доброта, дружба, вера в себяЭто история про смелость и отвагу. Про то, как обычная девочка может помочь другим, когда верит в свои силы.Подходит для первого большого чтения на возраст 4+2. Урфин Джюс и его деревянные солдатыТема: зависть и властьЗдесь уже появляются вопросы: что движет злодеем? Можно ли изменить себя? История учит ответственности за свои поступки. Книга помогает видеть мир не только чёрно-белый мир.Рекомендуемый возраст 5-6+3. Семь подземных королейТема: свобода и зависимость, власть и порядокСамая необычная и атмосферная часть. Размышления о том, как устроено общество и как легко манипулировать людьми. Подходит для детей от 6ти лет.4. Огненный бог МаррановТема: традиции против прогресса, не сражение, а мир, уважение и довериеНа смену Элли приходит её младшая сестра Энни. Она помогает племени Марранов избавиться от лже-божества и обрести свободу. Важно для детей, которые учатся слышать других.Возраст 7+5. Жёлтый туманТема: защита мира, выбор своей стороныСтановится масштабно. Здесь уже не просто личный конфликт, а угроза всей стране. Подходит детям 8+, которые начинают интересоваться сложной моралью.6. Тайна заброшенного замкаТема: наука и технологииПоследняя книга - это почти научная фантастика. Волшебную страну посещают инопланетяне. Героям предстоит установить контакт и найти общий язык.Для детей, которые начинают думать глобально, ориентир по возрасту 9–10 лет.Если ваш ребёнок полюбил первую часть, обязательно предложите ему и следующие.Это редкий случай, когда книги действительно растут вместе с читателем.✍мы с Марком недавно закончили четвертную часть, читали её сразу после третей, очень понравилось, но решили пока сделать перерыв на другие книги Знали ли вы что у книги «Волшебник Изумрудного города» есть продолжение? Что уже успели почитать? #книги_для_детей

Мы снова гуляли по лесу с книгой. Не только собирали грибы и ягоды, но еще Софья выдавала нам факты про вкус, лечебные свойства, размеры грибов. Гуляли в местах проверенных, вдоль Гладышевки. Поэтому новую эко-тропу не покажу. Но напомню, что список посещенных можно смотреть тут. И с обзорами книг сложно стало, но все потому, что осень пришла и заново книги проверенные открыли из нашего любимого списка юного натуралиста:🌺Грибы (изд.МИФ)🌺Мой гербарий. Листья Деревьев. (Изд. МИФ)🌺Софи в мире деревьев (Изд. Белая ворона)🌺Экспедиция Софи (изд. Белая ворона)🌺Софи в мире ягод (изд. Белая ворона)🌺Календарь Линнеи (изд. Белая ворона)🌺Цветочная книга шмеля (изд. Поляндрия) 🌺Таинственный лес и его обитатели (изд. Энас)🌸Опасные приключения Веры и Саши. Уровень: лес. Уровень: город. (изд. VoiceBook)🌸Книга будущего путешественника (изд. Компас-Гид)🌺Мышонок Пик и другие рассказы. В. Бианки (изд. Белая ворона)🌺Моя Родина. Рассказы. М.Пришвин (изд. Энас)🌺Лес рассказывает сказки (изд. Добрый великан)🌺Хвойша (изд. Grafo)А пока список составляла, поняла, что есть еще то, что не показывала подробно. tg ✨Merryhomestory

у меня есть звезды на небе, а я все же тоскую по крошечной лампе, что так и не зажглась в моей комнате.

«Сны пройдут. Погаснут солнца.Свитки все свернутся враз.Смерть погибнет. Мир очнется.Потому что Бог за нас.»…«Когда для нас вполне Бог будет Богом,Мы станем человеками вполнеИ перестанем выглядеть убого,А небеса приблизятся к земле.»Оба четверостишия из сборника Александра Геннадьевича Рыжова @AlexRyshow «Всё о Нём»Прекрасные строки, как раз попадание в обе темы, которые давно мне интересны: «жизнь против смерти», и, «настоящий человек».Слава Богу, что есть современники, которых хочется читать, которые славят Бога словом, стихом!#стихи #Рыжов #жизньпротивсмерти #настоящийчеловек

📚 На самом деле, я пишу трёхтомник. Этот подход я украл, как настоящий художник, у Нассима Талеба. Это будут три независимых книги, последовательно опирающиеся одна на другую. И, кстати, все три по сути основаны на содержании «Иллюзиоскопа».📕 Первый том, «Управление шансами», нужен для смещения картины мира от упаднической к более сбалансированной, и освоению навыков навигации в неопределённости и светского контакта с живой реальностью. (Кстати, уже открыт предзаказ на Озоне!)📗 Второй том (я уже разработал полную структуру и синопсис), «Главная проблема миллениала», будет посвящён месту нашего поколения в структуре современного общества, включая отношения со властью и ко власти. Разберёмся как с причинами, почему мы в жопе, так и со следствиями, как не тронуться из-за этого и взять мир в свои руки. Также там будет дана стратегия, структура и набор возможных действий для дальнейшего развития миллениала в социуме.📘 Наконец, третий том, «Конструктивное двоемыслие», это самый сложный в разработке труд. Он продолжит тему разжимания люфтов и будет посвящён ей чуть более, чем полностью. Надеюсь, что к этому времени я поднаторею в искусстве писательства и смогу написать книгу так, чтобы не получить гордое звание иноагента. Это уже будет послание не только миллениалам, но и зумерам с альфами.Сейчас я набираю материалы для «Конструктивного двоемыслия», и одной из групп книг будут антиутопии и художественные книги о двоемыслии. Делюсь книжной полочкой, которую я уже собрал в бумаге. Книги упомянуты в хронологическом порядке их выхода в свет. Что уже читали? Есть ли что-то добавить?➡️ Мадач И., Трагедия человека➡️ Достоевский Ф. М., Записки из подполья➡️ Батлер С., Едгин➡️ Лондон Дж., Железная пята➡️ Форстер Э., Машина останавливается➡️ Замятин Е., Мы➡️ Синклер Л., У нас это невозможно➡️ Набоков В., Приглашение на казнь➡️ Рэнд А., Гимн➡️ Кёстлер А., Слепящая тьма➡️ Бойе К., Каллокаин➡️ Оруэлл Дж., 1984➡️ Брэдбери Р., 451° по Фаренгейту➡️ Дик Ф., Убик➡️ Левин А., Такой чудесный день➡️ Платонов А., Котлован➡️ Войнович В., Москва 2042➡️ Стругацкие, Град обреченный➡️ Еко О., Полиция памяти➡️ Исигуро К., Не отпускай меня➡️ Эггерс Д., Сфера➡️ Уэльбек М., Покорность

Gaudeamus igiturGaudeamus igitur, август, покойся в пламени, женщина, будь желаннее, боль, возрождай уверенней. Осенью все великие – песнями ли, делами ли, шедшие на заклание правят своей империей. В ложь — никогда не верится, в страх – никогда не верится, у одиноких странников путь отберет сомнения. Ты ветряная мельница, я ветряная мельница, солнце такое раннее, сорви поскорее мне его.Gaudeamus igitur, смейся в лицо опасности, смейся в лицо безумию, если узнаешь издали. Громкая, многоликая, острая и прекрасная, песня звучала с улицы и уводила из дому.Знаешь, как я люблю тебя?Знаешь, как я нужна тебе?Если ко мне по имени – все сентябрем излечится. Лето - ромашки-лютики, осенью камни найдены, в мраморе возроди меня, тогда мы проснемся вечными.Gaudeamus igitur, будем смеяться истово, праздник на нашей улице, голос звенит простой его. Музыкой или книгами, каплями или искрами…Смотри, как они целуются. Это и смерти стоило.© Кот Басё

4 сентября 1946 года Михаил Зощенко и Анна Ахматова были исключены из Союза советских писателей.Евгений Шварц вспоминал:Прямой, сухонький, с темным лицом и плотно сжатыми губами, он идет через зал к президиуму, поднимается на эстраду, подходит к трибуне. Молча смотрит в зал. Там становится очень тихо.И тогда высоким, раздраженным голосом, в котором усталость и холодное отчаяние, Зощенко говорит:- Что вы от меня хотите? Вы хотите, чтобы я сказал, что я согласен с тем, что я подонок, хулиган и трус? А я - русский офицер, награжденный георгиевскими крестами. И я не бегал из осажденного Ленинграда, как сказано в постановлении - я оставался в нем, дежурил на крыше и гасил зажигательные бомбы. А теперь моя литературная жизнь окончена. Дайте мне умереть спокойно.Спустился в зал, в мертвой тишине прошел между рядами - и ушел, ни на кого ни разу не взглянув. И долго еще в зале стояла тишина. Все сидели, опустив головы. Каждый боялся встретиться глазами с соседом.Из воспоминаний Фаины Раневской:Вспомнила, как примчалась к ней после «постановления». Она открыла мне дверь, потом легла, тяжело дышала... В доме было пусто. Пунинская родня сбежала. Она молчала, я тоже не знала, что ей сказать. Она лежала с закрытыми глазами. Я видела, как менялся цвет ее лица. Губы то синели, то белели. Внезапно лицо становилось багрово-красным и тут же белело. Я подумала о том, что ее «подготовили» к инфаркту. Их потом было три, в разное время. Молчали мы обе. Хотелось напоить ее чаем - отказалась. В доме не было ничего съестного. Я помчалась в лавку, купила что-то нужное, хотела ее кормить. Она лежала, ее знобило. Есть отказалась. Это день ее муки и моей муки за нее. Об «этом» не говорили. Через какое-то время она стала выходить на улицу. И, подведя меня к газете, прикрепленной к доске, сказала: «Сегодня хорошая газета, меня не ругают»....И только через много дней вдруг сказала: «скажите, зачем великой моей стране, изгнавшей Гитлера со всей его техникой, понадобилось пройти всеми танками по грудной клетке одной больной старухи?»В 1988 году постановление «О журналах „Звезда“ и „Ленинград“» 1946 года было признано ошибочным и отменено.