Возвращаясь из Питера..Уже давно стало традиционным. для меня смотреть вот так из этого окошка ресторанчика на один из моих любимых отелей Санкт-Петербурга — «Гоголь Хаус». Это мой любимый столик. Мы часто останавливались здесь в апартаментах всей семьёй. Я помню, как мы неторопливо пили утренний кофе, глядя, неспешно течет вода, отражающая питерское небо — то хмурое, то неожиданно яркое.А однажды, 5 лет назад, мы приехали с сыном сюда на весенние каникулы. С поезда, с дороги, очень проголодавшись и продрогнув, мы вышли в поисках, где поужинать. И буквально через дорогу увидели — ресторанчик «Тоскана гриль». С тех пор мы бываем здесь часто. И теперь, сидя за столиком у окна, я могу бесконечно любоваться видом. Я любуюсь каналом Грибоедова, этим вечным движением воды, любуюсь фасадом «Гоголь Хауса» напротив и своими теплыми воспоминаниями, которые, словно невидимыми нитями, привязаны к каждому камню этой набережной.Наверное, эта тяга к Питеру у меня в крови. Мои корни, как и корни моего супруга, здесь. Мой папа родился на Васильевском острове, ещё до Великой Отечественной войны. Его отец был капитаном, и ещё до войны вся большая семья переехала в Севастополь, где мой дедушка защищал родину. Из всего нашего рода в Питер со временем вернулся только сын старшего брата моего отца. Он продолжил морскую династию, служил на Северном морском флоте, а потом остался здесь с семьёй..Семья отца моего супруга тоже из Петербурга. К сожалению, большая часть её не перенесла блокаду. 30 лет назад я побывала здесь впервые, с будущим мужем. Мне было 18 лет, в 6 утра мы вышли из поезда и прошли по всему Невскому проспекту до Зимнего дворца! Было ощущение, что я попала в сказку. Тогда мы остановились в гостеприимной семье дяди моего мужа. Этот город зовёт нас и ждёт нас.Я чувствую это каждый раз, когда приезжаю. В Москве с её бешеным ритмом мне очень тяжело. ! Москва требует скорости, нажима, постоянной гонки. Муж даже говорит мне, что я становлюсь социофобом. Мне действительно тяжело. Я просто считываю эти скоростные энергии, этот безумный московский поток в воздухе. Поэтому в Москве гуляю не часто. Стоит мне только ступить на перрон Московского вокзала в Петербурге, как я сразу чувствую другую, родную и комфортную для меня энергетику. Воздух становится другим, шаг замедляется сам собой. В этом городе не бежишь, а идешь, наслаждаешься прекрасным наследием Петра, рассматриваешь лепнину на домах, считаешь львов и грифонов.Говорят, как определить москвича в Питере? Он идёт в два раза быстрее. Как-то раз я встретила здесь, в сувенирной лавке, магнитик с надписью: «В Москву переезжают по расчёту, а в Питер — по любви». Для меня это чистая правда. Я знаю улочки Питера лучше, чем Москвы, хотя живу в столице. Я знаю, где свернуть, чтобы увидеть неожиданный дворик, где пахнет свежими булками, где можно посидеть у воды.Жители Питера — другого темперамента, другого мировоззрения. В них больше созерцательности, больше глубины, больше здесь и сейчас. . И мне здесь очень хорошо. Я часто прихожу в «Тоскану», смотрю на знакомый силуэт отеля, на канал, на этот удивительный город, и чувствую, что я дома. Потому что любовь к городу — она не в стенах отеля, она в воздухе, в воде каналов и в нашей памяти, которая хранит самые тёплые моменты.Сегодня снова говорю ему до свидания! И благодарю за теплый, солнечный прием!
