Александр Гофман

​Неожиданным образом всё, чего так не хватало в сиквеле Ready or Not, можно обнаружить в They Will Kill You – которую вполне можно читать как трэшевую «Божественную комедию»; главное помнить, что бог здесь – совершенно отъехавший наследник кинематографических традиций Рэйми и Тарантино, ещё до своего голливудского дебюта променявший любое чувство меры и хорошего вкуса на филигранное владение экшен-мизансценой.Также подумалось, что сыграй приёмных сестёр Самара и Зази Битц, на экране случился бы невиданный доселе гран гиньоль. А так – мы получили ещё одно подтверждение того, что где американцы продолжают писать антикапиталистический шарж чуть более интеллигентным пером, там русский, ничуть не стесняясь, вырубает примерно то же самое горящим топором.Словом, могло выйти одно настолько хорошее кино, что его потенциал репрезентирован на экране в формате двух не самых складных, но всё равно довольно занимательных кровавых пустячков; не то чтобы великий праздник жизни, но пропеть пару куплетов во славу сатане всё равно захотелось.

Полистал тут «Правдивые мифы» Найджела Эндрюса про феномен Шварценеггера (поистине упоительнейшее чтиво) – и не могу не привести здесь короткий отрывок про дихотомию Слая и Арни в Голливуде:Пока Сталлоне преуспевает в своём мужественном мазохизме, Арнольд-звезда возносится всё выше со своей трансцендентальной брутальностью. Чувство юмора и космическая энергия объясняют, почему австриец нападал на итальянца и брал над ним верх. Фильмы Сталлоне морализаторские, фильмы Шварценеггера исполнены сардонического анархизма. Все фильмы Сталлоне — о страдании, открыто демонстрируемом, как в «Рокки», или загнанном внутрь в милитаристском угаре, как в «Рэмбо». Фильмы Шварценеггера — о бесчувственном насаждении грубой справедливости. Фильмы Сталлоне абсолютно без юмора. В фильмах Шварценеггера присутствует сильно развитое у него чувство смешного.Если каждое время выдвигает своего героя, то Сталлоне — порождение 70-х, картеровский голубь в обличии ястреба, а Шварценеггер — воплощение боевого ореола рейганизма в чистом виде. Милитаризм Сталлоне носит деструктивный характер. Мы знаем, этот человек хочет выйти из состояния войны, печать несчастья лежит на его измождённом лице с обвислыми щеками, пухлыми женственными губами и длинными ресницами. Его лицо молит о мире, даже когда решительно ожидает битвы.Едва ли для рекламного ролика, агитирующего новобранцев записываться в армию, годится лицо Сталлоне и его мрачный шепелявый каркающий голос. Зато симпатичная «будка» Шварценеггера, его тёплая монотонность сотворили бы чудо в призывной кампании. Этот человек считает, что назначать наказание — удовольствие. Он устроен, как машина правосудия, которая работает, ещё и отпуская шуточки.

Вот смотрю на первые кадры из «Одиссеи» – и не очень себе представляю, на чем конкретно Нолан собирается выезжать. Гомер с нелинейным нарративом? Зендея в роли Афины? Батальные сцены в постанове человека с самой убогой экшен-хореографией в Голливуде?На последних фильмах (за исключением «Довода») он умело прикрывал все свои слабые стороны за счёт аутентичной почерку темы, а здесь вдруг переключился на фактуру, удовлетворяющую разве что старую склонность к высокому пафосу.Лишь бы за этим стоял новый творческий вызов, а не очередное раздутое после «Оскара» и ярдовских сборов эго.

«Они сражались за Родину». Волгоградская область, 1974 год.Тот случай, когда фотограф нажал на затвор в то нужное мгновение, передав одним кадром нутро каждого персонажа.Работу над военной драмой «Они сражались за Родину» режиссер Сергей Бондарчук развернул в окрестностях старинного хутора Мелологовский, по сути, он выстроил хутор, от которого к 70–м годам осталось лишь несколько полуразвалившихся домов, заново – для съемок. Избы, амбары, мельница, школа – все было декорациями, донским Голливудом, как пошутил кто–то из киногруппы. На крыльце одного из таких домов и встретились Василий Шукшин, Юрий Никулин, Георгий Бурков и Иван Лапиков.Василий Шукшин был единственным, кого утвердили в картину без проб. Сергей Бондарчук хотел видеть в роли Петра Лопахина только его. Актер между тем признавался, что дал согласие, главным образом чтобы посмотреть, как снимаются массовые сцены – он готовился к работе над собственной картиной «Степан Разин». Кроме того, съемки у Бондарчука открывали для Шукшина–режиссера дорогу на «Мосфильм».Все его мечты, надежды и планы оборвались внезапно: в ночь на 2 октября 1974 года. На съемках фильма «Они сражались за Родину» Василий Шукшин умер.#сердце_слова #наставникипросветители

Возвращаясь отпуска, посмотрела в полёте две серии нового российского сериала Фёдора Бондарчука "Первая ракетка".Ключевым экспертом и создателем спортивной составляющей сериала стала Анастасия Пивоварова, экс вторая ракетка мира в юниорском рейтинге до 18 лет. Интервью с Анастасией о процессе создания сериала можно почитать здесь.Теннис переживает бум популярности. Число занимающихся в мире выросло на 25% за последние 5 лет. Это 106 млн человек. Росту способствует интерес женщин к этому виду спорта, тренды fashion индустрии, красота и эстетика этого вида спорта, тренды health индустрии.Теннис занимает 4-е место по популярности в мире с аудиторией около 1 млрд. зрителей. Футбол - 1 место с аудиторией 4 млрд. зрителей.Не смотря на такую популярность, сериалов и фильмов про теннис оказалось немного.Сериалы:«Первая ракетка» (2026, Россия): Драма про 17-летнюю теннисистку, которая вынуждена зарабатывать игрой на частных кортах, пока её не замечает опытный тренер.«Break Point / Брейк-пойнт» (2023, Netflix): Документальный сериал о закулисье элитного тенниса, снятый создателями «Formula 1: Drive to Survive».«Школа первых ракеток» (2004, Франция): Сериал про жизнь и тренировки в теннисной академии.Фильмы:«Претенденты» (2024) — с Зендеей.«Король Ричард» (2021) — история отца сестер Уильямс.«Борг/Макинрой» (2017) — о легендарном противостоянии.«7 дней в Аду» (2015) — комедия про длинный матч.«Уимблдон» (2004) — фильм, снятый во время турнира на Уимблдоне.Жду 29 мая документальный сериал от Netflix "RAFA", посвященный жизни и карьере легенды тенниса Рафаэля Надаля.Сериал "Первая ракетка" рекомендую. Интересно смотреть любителям тенниса и простому зрителю - очень красивый спорт. Режиссеру удалось соблюсти баланс между количеством розыгрышей и сюжетной линией главных героев.#спорт#теннис#кино

Что такое линия престижа - это элемент автомобильного дизайна, задающий идеальные визуальные пропорции передней части автомобиля.В международной терминологии её называют dash-to-axle ratio или prestige gapЭто линия, следующая вдоль вертикального основания лобового стекла в направлении переднего колеса.Она задает наиболее гармоничное расположение переднего колеса, центр которого должен находиться на линии престижа.

Если хочешь понять, как перестать воевать с собой и начать просто жить.Не так много фильмов, в которых есть всё, чтобы стать маленьким чудом, которые доставляют полное удовольствие, становясь незабываемыми и важными фильмами.Без сомнения, это одно из тех маленьких чудес кино. История Мелвина (Джек Николсон), Кэрол (Хелен Хант) и Саймона (Грег Киннир) — одна из самых блестящих, что кинематограф дал в том, что является романтической комедией. Один из шедевров кинематографа, если вы его не видели, то НАСЛАЖДАЙТЕСЬ!🎥 «Лучше не бывает» (1997). Я вижу этот фильм не просто как комедию, а как точнейшую метафору внутреннего мира человека, который ведет свою личную войну.Каждый раз ловлю себя на мысли, что главный герой — это мы в "плохой день". Мы привыкли думать, что мир рушится, когда приходит большая беда. Но мир рушится, когда «нормальность» становится тюрьмой. Герой Джек Николсона — гениальный писатель бульварных романов, он абсолютный невротик. Ритуалы, зоофобия, ненависть к трещинам на асфальте. Он выстроил вокруг себя бетонную стену «правильного» порядка. И называл это жизнью. А потом жизнь его все равно вывела из дебрей. И внезапно он понял: «Лучше не бывает» — это не про идеальный мир. Это про тот единственный момент, когда ты разрешаешь себе быть уязвимым. Зачем смотреть этот фильм - в такой ДЕНЬ?Это кино про Мир внутри себя и с другими и Любовь. Фильм ка бы тест на ригидность нашего «Эго».Слово регидность - неготовность к изменениям, жесткость, твердость. Мир не обязан крутиться вокруг наших страхов. Любовь возможна только там, где каждый готов "наступить" на ту самую трещину на асфальте, которая так страшна и ненавидится.Мир учит: «Будь сильным, контролируй, не ной!». А жизнь и любовь (и этот фильм) говорит: «Ты можешь быть жутким занудой, психом и мизантропом — и все равно оставаться человеком, достойным счастья», любить и не воевать!«Ты заставляешь меня хотеть быть лучшим человеком» - это формула взросления души. Когда видишь другого таким, какой он есть (в его боли, бедности, болезни), и хочешь что-то сделать ради него. «Лучше не бывает» — это история выживания в аду собственного характера.Это кино про капитуляцию перед абсурдом реальности. Про то, как принять «тупое утро» и все-таки пойти в этот мир, жить, любить и быть человеком! Если хочешь понять, как перестать воевать с собой и начать просто жить, любить и тогда твой МИР и МИР во ВСЕМ МИРЕ точно возможен!

Семь женщин — военных фотокорреспондентов снимали на фронтах Великой Отечественной войны. Личности неординарные, сложные, у каждой из них была своя судьба и свой опыт послевоенной жизни. То обстоятельство, что много лет никто не занимался историей их творчества, привело к тому, что сегодня многие вопросы, которыми мы задаемся, глядя на их снимки, собирая воедино разрозненные и не всегда достоверные факты их биографий, остаются без ответа. Но есть и общие закономерности биографий женщин — советских фотокорреспондентов в годы войны, зависящие не только от их личностных особенностей, но и от страны, общества, в котором они родились, выросли и жили.Перед Днем Победы 2020 г. на медиа-ресурсе РИА «Новости» была опубликована очередная порция материалов, хранящихся в фотоархиве «Россия сегодня» (ранее РИА, и еще ранее АПН, агентство — наследник Совинформбюро). Под фотографией марширующих вниз по улице Горького солдат осенью-зимой 1941 г. стоит подпись: Олег Игнатович. Конечно же, это Ольга Всеволодовна Игнатович! И, казалось бы, можно только посетовать на опечатку сотрудника, вносящего информацию на сайт, но за ошибкой — тень стереотипа: разве может женщина быть военным фотокорреспондентом? Может, там, в Америке, Англии (все читали о Маргарет Бурк-Уайт, о Ли Миллер это и возможно, но в Советском Союзе? В современных публикациях каждый, кто знает хотя бы одну женщину-фотокорреспондента Великой Отечественной войны, пишет о ней как о единственной, добавляя: наверное, кто-то был еще, одна-две...Их было семь. Наталья Федоровна Боде, Ольга Всеволодовна Игнатович, Мария Ивановна Калашникова, Ольга Александровна Ландер, Елизавета Сергеевна Микулина, Галина Захаровна Санько, Елена Феликсовна Эварт. Семь женщин. Те, о ком мы знаем сегодня. Возможно, смелых женщин с фотоаппаратами было больше.В советское время имя Галины Санько (Илл. 1-3) было на слуху: вышел альбом ее фотографий в издательстве «Планета» [10, с. 12], большая статья в «Советском ФОТО», единственном в СССР журнале, посвященном фотографии. Остальных знали и постепенно забывали в своем фотографическом кругу, уходило их поколение, а с ним и память об этих фотографах. Женщины? За исключением Калашниковой и Микулиной, их и по фамилиям не определить: Боде, Санько, Ландер, Игнатович, Эварт. Авторы фотографий. И только историки знают, что речь идет о женском взгляде на события.Цитата из Алеся Адамовича, ставшая названием книги Светланы Алексиевич «У войны не женское лицо», точно отражает матрицу восприятия Великой Отечественной войны в нашем обществе. Образ воина-защитника — это образ мужчины, отца, деда... Женщины на войне? Их было по разным подсчетам от пятисот тысяч до миллиона, только военнообязанных, прошедших войну в погонах, подчинявшихся приказам и живших, действовавших на фронте по уставу. Из семи женщин-фотокорреспондентов пять были военнообязанными, прошли войну в лейтенантских погонах, Боде, Игнатович и Ландер закончили ее старшими лейтенантами. Калашникова, вдова, заменившая убитого в 1944 г. фотокора Михаила Калашникова, — специальный фотокорреспондент «Правды» последнего года войны. Санько, всю войну промотавшаяся в командировки на фронт, была вольнонаемной, работала на «Фронтовую иллюстрацию». Сейчас, когда рассматриваешь эти детали биографии, становится понятным, как непросто складывались обстоятельства военной жизни этих фотографов, сколько ограничений было наложено ими самими на себя, как только они сами приняли решение идти в военные фотокорреспонденты, когда надели на себя погоны. И как трудно было вольнонаемной, даже с командировочным удостоверением из Москвы, подписанном в самом ГлавПУРе, договариваться с офицерами на местах о содействии.Чмырева Ирина ЮрьевнаЖенщины-фотокорреспонденты великой отечественной войны

“Лунная база игровая комната» Пол Александр 1960

La Grazia[ Музыкальная рекомендация для чтения — вот. ] Несколько дней назад сходили с Дмитрием Владимировичем в кино на «Грацию» Соррентино. Несмотря на то, что центральной фигурой фильма является политик (президент, который в прошлом занимался уголовным правом), кино практически не касается политического измерения, из-за чего некоторые рецензенты уже обозвали кинокартину «политической утопией». Я с ними не согласен, потому что Соррентино не демонстрирует на экране ничего из ряда вон выходящего — мы видим лишь небольшой отрезок жизни Мариано Де Сантиса, последнюю пару месяцев его президентского срока, которые были уложены в несколько часов.В фильме виден почерк творца — например, сцена с Мариано де Сантисом, стоящим на фоне танцующей молодежи, явно походит на День рождения Джепа Гамбарделлы из «Великой красоты»; проходка президента Португалии — отсылка к «Молодому папе» (как и катающийся на мотоцикле Папа Римский). Любимый прием Соррентино — совмещение «классической» картинки и современной музыки — тоже находит свое место в палитре визуальных и аудиальных образов. Темы — тоже повторяющиеся. Одиночество, ревность, любовь, садомазохизм (боль — это часть игры с самим собой), умение принять решение, старость и молодость, искренность и игра. Итальянец Соррентино, на мой личный вкус, является визуальным эссе к текстам Паскаля Киньяра, который умеет быть таким же пронзительным, ироничным и при этом жизнеутверждающим.Соррентино для меня — во всех фильмах — крайне жизнеутверждающий, поскольку он как раз-таки не создает утопий. Он показывает, что правила иногда можно нарушать и от этого тебе ничего не будет; что даже утраченная любовь может вдохновлять на большое дело («Мои друзья старели, а я грезил о женщине, которой больше не было в живых»); что страшная тайна может оказаться не такой страшной (но ты в это не поверишь). Соррентино не выливает на своего зрителя патоку, но при этом и не оставляет его у разбитого корыта. Короче, то, что он пытается продемонстрировать — лучший из возможных миров.На это направлена вся поэтика Соррентино, которая (в среднем) довольно спокойная, в отличие от других моих фаворитов, Тарантино и Пак Чхан Ука. Даже когда Соррентино рассуждает о смерти, в этом нет атеистической экзистенциалистской мрачности. А ещё он славно пишет женщин — мне понравились и образ лучшей подруги Де Сантиса, Коко Валори (тоже архетипичный — умная ироничная дама в возрасте), и его дочери, Доротеи (довольно молодая и умная женщина, занимающаяся самоотречением). Почему я сближаю Соррентино и Киньяра: оба они уверены, что романтическая любовь — это состояние редкое. Поэтому часто любовью у этих авторов оказывается чувством к мертвым или ушедшим (в отличие от дружбы или семейных отношений). Связано ли это с личным опытом или является частью осмысленной философской позиции — сказать сложно. Очевидно, в литературе встречается романтизация уникальности любовной связи (особенно когда мы говорим, например, о христианских ценностях или рыцарском романе). Однако для современной мысли, прошедшей через психоанализ и сексуальную революцию, данный подход контринтуитивен. Мы привыкли к штамповке романтических отношений: «партнера» мы «выбираем», оценивая его по каким-то критериям (экономическая логика). Вероятно, это как раз попытка освободиться от экономической логики (неплохо философски эксплицированная в «Агонии Эроса» Бен-Чхоль Хана). Если мы избавляемся от сравнений, социальных «манер» и власти биополитики, романтическая любовь может быть понята как уникальное событие. И Соррентино, и Киньяр стремятся к исключительности.Ну давай, скажи, Аврора, с кем ты изменила мне сорок лет назад? P.S. Если будет такое желание (выраженное в комментариях), могу посвятить один из следующих текстов аналитике других ведущих тем у Соррентино. P.P.S. Вырезать из значимых культурных произведений даже шесть секунд значит их калечить. К черту цензуру.

Очень оттягивал написание этого текста. Хотелось рассказать об этих духах так, чтобы вам очень понравилось, и вы такие — ВАУ. Не уверен, что придумал, но поделиться хочется. Новый аромат от Fakoshima — Plenilunium — напоминает мятежную душу. Местами тебя наполняет мрак, а временами — свет. Пусть лунный, пусть загадочный, но все же отражающий лучи травматичной эпохи оптимизма. И все эти поиски себя, погружения во внутренний космос, замены одной зависимости на другую , «сбегания» от самого себя — безобразные и прекрасные, нужные и бесполезные — тут. Такие мысли мне навеял контраст гальбанума и животно-амброво-пудровой базы. Что-то на очень красивом, стильном и новом.

Листья на тополе уже такие, что пальцем, даже большим, не прикроешь, и они все в смоле ароматной и на солнце блестят, как металл.Сегодня у нас по радио играли ноктюрны Шопена, я сидел на диване и, слушая, глядел на тополь через оконное стекло. То был, конечно, ветерок, и листики тополя танцевали в воздухе. Но, слушая Шопена, я забыл о ветре, и мне казалось, будто невидимыми пальцами невидимо сам Шопен играет на листиках тополя. А когда радио кончилось, я все глядел на движение листиков и по-прежнему слышал Шопена.8 мая 1951

Наверное, самое сильное художественное высказывание на тему феминизма, которое я видела за последнее время.Ярко, пугающе, контекстуально и смело.Кстати, с моей точки зрения, пояснения не требует. Но, видимо, нужна пояснительная бригада, раз столько агрессивного шума вокруг.