Культурология Апокалипсиса

Основные обсуждения обнаруженного под маской эйнхерия уже поутихли, можно подводить предварительные итоги.Историки оказались закалены «Сиром» Соколовым и в основном прагматично решали, что делать с архивом текстов. От бумажной книги отказались, этическую дискуссию можно прочитать тут и дальше по ссылкам.Писатели нервничают. Хоррор-фэндом и так довольно уязвим перед родимым государством, а тут такое (да ещё и весьма конфликтное) вдруг обнаружилось в тесных рядах. Анализом самих текстов ещё не занялся никто. На мой взгляд, их нужно сохранить для будущих исследователей. У «Генри» с воображением было плохо, чистый реалист. Достаточно сравнить этот рассказ с описанием его второго эпизода. Поэтому я не доверяю гипотезе о том, что это он doctorandrew достал, несмотря на их конфликт. Похвастался бы за три года. Тем интереснее его последовавший инфернореализм, тоже плохо написанный, но полный _намёков_. Сохраняю на будущее два наиболее подозрительных рассказа.Безнаказанность/Я знаю, что вы сделали в 90-е

Извиняюсь за некоторую зацикленность, но меня по прежнему не отпускают новости о происходящем в РФ погроме тёмной сцены. Видимо я слишком хорошо представляю себя на месте тех, с кого менты собирают урожай протоколов за татуировки. Мне бы точно прилетело.Новых сорванных концертов за неделю не было, но «Ветер» опубликовали большую обзорную статью о происходящем в целом. С подробностями маски-шоу, интересными деталями (вроде того, что накрывались клубы крышуемые силовиками, не способными предотвратить такое стихийное бедствие) и коментариями Сандалова, довольно оптимистическими. В том плане что не добьют. Есть и новая гипотеза о цели последнего накрытия, возможно работали по «Interior Wrath», которых даже режим Лукашенко до сих пор не трогал. Текст затем напечатали в «Новой Газете», заказав совершенно замечательные иллюстрации у Ляли Булановой.Меня отдельно впечатляет тот очевидный факт, что людям, находящимся в пределах досягаемости силовиков, теоретически может прилететь даже за репост этих иллюстраций.

Шесть лет со дня финальной трансформации. К дате нашёлся скан неожиданно отличной книги о визуальной составляющей истории молодого художника Нила Мегсона, чья личность оказалась полностью поглощена созданным в 65-ом альтер-эго по имени Дженезис. Каталог работ невероятен, от ранних картин до экстремального мэйл-арта (включая «королевскую» серию, за которую его судили) и коллажных сигил. Эссе и интервью тоже на удивление адекватны и информативны. Разумеется в книге нет никого, кто мог бы аргументированно критиковать Пандрогина, весь негатив состоит из цитирования карикатурных цензоров моралистов. И хвалебных цитат от своих, включая Казаццу, ещё не перешедшего в другой лагерь. Но несмотря на это сборник оказался лучшим известным мне анализом этой сложной личности, в первую очередь за счёт грандиозного эссе «As It Is».Genesis P-Orridge, Douglas Rushkoff, Carl Abrahamsson, Richard Metzger, Julie Wilson, Bengalia, Paul Cecil, Carol Tessitore - Painful But Fabulous: The Lives & Art of Genesis P-Orridge (2002)

архивное фото: мой мастер-класс по пайке для ребят в гитарном клубе. такой хват обеспечивает больше контроля, жало является продолжением кисти подобно перу. научился по фотопособиям с крупнейших производств

Начинаются зимние долгие вечера.Именно в этот период мы проводим основную часть времени в помещениях. В природе кажется нет жизни, но она есть, просто на глубине!Да, это время тишины и глубины, и именно в это время можно услышать глубинные желания.Самое время услышать Себя, заняться своим внутренним познанием.Ранее зимние дни сопровождались с рукоделием…Видимо, и меня потянуло на такие вот дела зимой не зря))Классное занятие, мне оч понравилось…Кусочек Земли в твоих руках, а потом-раз🪄 и ваза для цветов…Сопровождала меня @ElenaKo1111

Для меня стало открытием, что Оруэлл был лично знаком с Гаем Берджессом из Кембриджской пятерки. Он пишет в дневнике, что 2 июня 1942 года на встрече с Стаффордом Криппсом (просоветски настроенный британский чиновник топ уровня, бывший посол Великобритании в Москве) который выразил желание пообщаться с какими-то представителями литературы были Уильям Эмпсон, Джек Коммон, Дэвид Оуэн, Норман Кэмерон, Гай Берджесс и еще один человек (чиновник), чье имя он не разобрал. Гай Берджесс тогда тоже работал на BBC, как и Оруэлл.И это не единственная связь писателя с Кембриджской пятеркой. Непосредственный командир и очень хороший друг Оруэлла в Испании, Джордж Копп, (1902-1951) был завербован в MI5 Энтони Блантом. Он был куратором Коппа, когда тот жил в Марселе и имел собственную агентурную сеть (1941-1943). Не исключено, что Копп заинтересовал Бланта ещё и как носитель русского языка, ведь он родился в Санкт-Петербурге в еврейской семье, которая ещё до революции переехала в Бельгию. Тот факт, что Копп писал шифровки в письмах лично к Оруэллу, намекает, что Оруэлл тоже был в теме.18.8.42Из последнего письма Джорджа Коппа из Марселя (после некоторой канители c инженерными работами, которыми он занимался): «…Я собираюсь начать производство в промышленных масштабах. Но я вовсе не уверен, что в самом деле приступлю к этому, потому что у меня есть определенные соглашения с моей фирмой, которая, боюсь, в последнее время обзавелась связями, существенно ограничивающими ее независимость, и возможно, что в итоге выгоду от моей работы получит другая компания, что мне было бы очень неприятно, поскольку у меня нет соглашения с этой другой компанией и в данный момент я не готов таковое подписать. Если я вынужден буду здесь остаться, то даже не знаю, что мне делать. Хотелось бы, чтобы некоторые из моих дорогих друзей, кому я постоянно писал, были не столь медлительны и пассивны, какими кажутся. И если в этой области никаких перспектив не откроется, я подумываю использовать другую свою технологию, связанную со строительством мостов [которую, как вы, наверное, помните, я успешно реализовал в Сан-Матео перед войной]».Перевод: «Боюсь, Франция заключит полный альянс с Германией. Если вскоре не откроется Второй фронт, я сделаю все возможное, чтобы сбежать в Англию».Что характерно, на следующий день после этой шифровки "Второй фронт" почти открылся - англичане совершили высадку в Дьеппе, однако потерпели сокрушительное поражение. Оруэлл в дневнике предполагает, что немцев предупредили о месте и времени высадки. Возможно, письмо Коппа это сигнал о том, что немцы в курсе о готовящейся операции.

Сейчас для лекции "Модернисты и Армения" снова стала читать про геноцид армян. Мои предки по отцу были родом из Карса, они сумели бежать (так из ванских армян мы и стали ереванскими). Но я в силу обстоятельств росла в русской среде и русской семье, и, казалось бы, меня должна была миновать эта общая боль. А она догоняет. И снова догнала сегодня - плачу, плачу, плачу. И не до лекции. И если мой труд, мои истории о реальных и вымышленных людях, событиях, мирах зачем-то нужны, то пусть бы они способствовали, пусть и в самой скромной мере, не допускать больше того, что случилось в 1915 с моим народом и не только в 1915 и не только с моим народом.

Опасное "Всё будет хорошо". Когда личность попадает в стрессовую ситуацию, то автоматически начинает реагировать на неё как на временную. "Это скоро закончится и будет так, как раньше". То есть вместо выработки навыков жить по-другому, происходит бессознательное сохранение старой модели как основной, а реальная жизнь воспринимается как период, который надо переждать. Это понарошку, отношение как к текущей судьбе, как к черновику, может быть и всю жизнь. Чем более длительный кризис, тем больше энергии, жизненных сил, ментальных ресурсов тратиться на поддержание фантазийного пузыря. Личность живёт в двух мирах параллельно и одновременно. Если встречаются две такие личности, то они говорят друг другу: "Всё будет хорошо", — и это их не только успокаивает, но и подтверждает правоту. Больше всего ненависти будет к тем, кто не хочет говорить также. Возникает полное обесценивание до аннигиляции мнения этих людей или их агрессивная атака с требованием замолчать. Пузырь фантазийного мира постоянно сдувается, через него проступает реальность и приходится его подкачивать, погружать себя всё в более крепкий сон, чтобы этого не видеть. Такое состояние принято называть: "Верить в лучшее". Хотя фактически у личности не хватает ресурсов эмоционально выдержать правду. Чем глубже засыпаешь, тем более опасным для психики будет напряжение. Чем больше лжи надо разоблачить, тем больнее. Боль возникает, из-за аутоагрессии, претензии обращённой к себе, разочарования в себе, падения в неполноценность. Чтобы не ощущать боль, не считать себя глупой, личность начинает искать того, кто её обманул, чтобы переложить ответственность с себя на другого. Вплоть до ненависти к тем, кто говорил когда-то такое желанное "Всё будет хорошо". Так личность спасает себя от аутоагрессии, но и от осознания своих проблем. Вникать, собирать факты для личности, которая привыкла, чтобы ей говорили, что делать - непривычно, тяжело. Поэтому она бессознательно ищет информацию, подтверждающую желаемую картину мира. Этим вовсю пользуются популисты, руководители сект, любые люди претендующую на быстрое лидерство, для которых другие люди "еда", способ и средства для достижения корыстных целей: статусности, достатка, власти. Таких лидеров, готовые быть обманутыми, любят, даже боготворят за "сладкие" речи, а потом с той же силой яростно их ненавидят. Выход из под их власти возможен только через ненависть, которая потом может переплавиться во взрослость и самостоятельность. Но чаще всего такой человек выбирает начать верить кому-то другому, повторяя в очередной раз этот же сценарий. Ключевым моментом в прохождении таких испытаний для личности является поиск не виноватых, а взятие ответственности за формирование картины мира на себя. То есть развитие более объективного и глубоко мышления. Но это из области маловероятного, особенно в наше время информационных технологий, с помощью которых действительностью можно сделать всё что угодно.Из такого мышления удаётся выйти единицам, а если речь идёт о секте, народе, любой группе, внутри которой есть подтверждающие заблуждения, то только годы планомерного развития критического мышления дадут результат. А тому, кто будет пытаться это мышление развивать, надо быть готовым к агрессии на себя.

И снова рубрика "две выставки". Обе в Москве. И обе с этнографическим флером. Первая – в Еврейском музее и центре толерантности. "Еврейская свадьба". Все пять основных этапов свадебного обряда через одежду, украшения, посуду, рукописные приглашения, картины, а также через инсталляции современных художников. Бо́льшая часть представленных предметов – из Российского Этнографического. А одно кольцо даже из Новгородского музея (пожалуй, это самый древний экспонат выставки – 12 век).Фишка: выставка начинается впотьмах – трудно даже прочитать экспликации, но по мере продвижения по анфиладе, становится светлее и светлее, пока в самом последнем зале не станет совсем светло. Это тот зал, где экспонируется хупа, под которой и совершается обряд обручения. Идея понятна: от тьмы обособленной жизни – к свету жизни совместной (я бы организовала освещение ровно наоборот).Вторая – даже не выставка, а целый выставочный комплекс, новый независимый музей современного искусства "Зиларт". Открылся только 2 декабря, и вот я уже вчера побывала там благодаря наводке моей Марты, лучшей специалистки в области культурной навигации по Москве. Архитектура здания – огромный криволинейный медно-стеклянный куб, который постоянно меняет свой цвет от света и прикосновений. Пока стояла в очереди в гардероб, обратила внимание на то, что розовато-золотистый цвет меди местами уже превратился в темно-коричневый. За 5 дней. Я тоже оставила на медной облицовке снаружи и внутри свои отпечатки пальцев как символ того, что не только музей влияет на меня, но и я на музей. В "Зиларт" 5 этажей русского авангарда, советского нон-конформистского искусства, скульптур, сошедших с пьедесталов, инсталляций, погружающих внутрь себя, и всякой изящной хтони. Из звонких металлических зарослей Аллы Урбан выходить вообще не хотелось. А вот этнографическая часть "Африканское искусство. Боги, предки, жизнь" меня резко поглотила и так же резко выплюнула. Представьте, что вы внезапно оказываетесь в каких-то бесконечных запутанных джунглях с сотнями (под тысячу!) ритуальных масок и статуэток. Нет ощущения выставки – есть ощущение хранилища. И хаоса. Даже при том, что огромную коллекцию разделили на темы-"острова", это ощущение беспорядка и перенасыщенности меня в итоге сожрало. Сюда, на 4 этаж, наверное, надо приходить отдельно и полностью отдаваться ритуалам, инициациям, тайным обществам, но не смешивать Африку с Холиной, Урбан, Булатовым, Курехиным и Брускиным.

Нет нет НЕТ, коты. Аргумент "мы не осуждаем мобилизованных, мы осуждаем добровольцев, они сами решили и теперь ответственны" - НЕ РЕЛЕВАНТЕН. Вот почему, как мне кажется: у человека могли быть тыща причин в добровольцах оказаться. Он мог пойти на фронт от нищеты, чтоб семья могла выжить - и мы НЕ МОЖЕМ судить человека за нищету. Он мог пойти на фронт потому, что поддался пропаганде - и мы НЕ МОЖЕМ судить обманутого, в обмане виноват обманщик, если мы сочтём иначе - у нас рухнет вся система наказаний за мошенничество. Он мог пойти на фронт просто из примордиального патриотического чувства - "моя страна воюет, я ощущаю себя частью общества, эрго должен как-то вписаться" - и мы НЕ МОЖЕМ вменить в преступление сам по себе патриотизм, иначе у нас вообще съедет вся культурная система. Во время Первой Мировой никто из серьёзного антивоенного движения не отделял добровольцев и "вольнопёров" от завербованных. После Второй Мировой никто не вывел как преступление факт того, что человек добровольцем пошёл в германскую армию! Если Нюрнберг для нас не критерий - то что вообще критерий? Если мы вменим в обязанность человеку не поддаваться никакому обману и разбираться в политике государства лучше самих политиков, а в противном случае будем считать его преступником - мы где окажемся блин? Нам тогда реально придётся вводить понятие преступного народа и наказывать его. А это, кажется, мы уже проходили, а это, кажется, нам что-то ни хрена не понравилось, а? #myrngwaur_актуальное

На злобу дня. 5 мая 1762 года был заключён Петербургский мирный договор между Россией и Пруссией, по которому Пётр III обязывался вернуть Фридриху II все области, земли, города, места и крепости, принадлежащие Пруссии и занятые российскими войсками во время Семилетней войны.

Фото из серии выше были сделаны 3 года назад. Сейчас я четко понимаю: ко всем, кроме последней у меня очень теплые чувства. И вы сейчас поймете почему:1. Первые 9 фото - это съемка у нас дома. Да, на ней нет толком интерьера. Но смотря на эти кадры я знаю - это НАША ёлка, в нашей тесной гостинной, на ней игрушки, которые я делала СВОИМИ руками несколько недель, мы наряжали её ВМЕСТЕ. Я знаю, что такая локация есть только у меня и я вложила в неё много своего.2. Я помню, как смешно происходила фотосессия: как я на один вечер превратила нашу гостинную в фотостудию. И снимали мы, кстати вечером с искусственным светом (вспышка и фотофонарь). И я даже успела сходить в душ и накинуть на себя что-то в тему (хотя планировала сделать кадры только для Ро)3. Нам не пришлось никуда ехать, выделять для поездки в другой город пол дня, а то и целый, успевать с годовалым ребенком точно ко времени и тд.4. Мужа не пришлось уговаривать сделать "смешной" кадр на стульчике. Он сам попросил, на память скажем так.5. Единственное, очень жаль, что тогда в моем окружении не было коллег, которым я захотела бы доверить полноценную домашнюю съемку, чтобы снять с себя часть нагрузки и мы сделали еще и кадры втроем. Тк для меня съемка моей семьи требует высокого личного доверия, а не только профессионального признания коллеги.6. Да я была уставшей, выполняя роль и мамы, и декоратора, и фотографа, и гафера (тот, кто настраивает свет). Но это была приятная усталость. Тк я знала, что все на этих кадрах по настоящему.Я думаю вы и без меня поняли, что последнее фото было сделанно в интертерной студии. Ничего не имею против интертерок, и интерьерные локации в целом - это отлельная тема. Но в те годы я еще верила в такой визуальный формат семейной съемки и конечно решила сделать такие кадры для себя. Да, на ней любимые мною люди, но что я чувствую и вспоминаю смотря на фото с той съемки:Как пришлось тащить семью в другой город и все время нас торопить. Как приходилось изображать "праздничное настроение" среди пустых упакованных подарков, у чужой ёлки, к которой я не имела ни малейшего отношения, на фоне фальшкамина, который видела половина города.... Как все время одергивала сына, не трогать игрушки на ёлке, тк это правила студии не раздавить мандарины на чужом белом ковре 😅.Как же я поняла клиентов после той съемки 🤣 И да, мне понадобилось 3 года, чтобы набраться смелости и переосмыслить многое про семейные съемки в принципе (и новогодние/любые тематические в частности). Далее обязательно поделюсь этими мыслями с вами ❤️

Сегодня грустная годовщина — 5 декабря 1931 года был взорван храм Христа Спасителя. О нем я часто вспоминаю, когда рассказываю про ростовский собор — оба здания строил Константин Тон. Нашему таки повезло, сносить его, хотя и хотели, не стали. А вот московского старшего брата уничтожили.Воспоминания снимавшего снос кинооператора Владислава Микоши («Я останавливаю время»):

Скрыть от мамы то, что мне предстояло наутро, я просто не мог! Мама, конечно, не поверила. — Если ты шутишь, то я не люблю таких шуток! — сказала она строго. — Я не шучу, мама! — Этого не может быть! Во-первых, это произведение искусства, он украшает нашу Москву — сияет над ней, как солнышко. Какой красоты в нем мраморные скульптуры, золотые оклады, иконы, фрески на стенах. Их же писали лучшие художники — Суриков, Крамской, Верещагин, Семирадский, Маковский… И скульптуры Клодта… В галереях под храмом находится мраморная летопись побед в Отечественной войне. Там же все имена героев написаны — каждого! Ведь в честь победы русского оружия и был воздвигнут храм Христа Спасителя. Мы все на него деньги жертвовали — по всей Руси — от нищих до господ… Упаси бог![...]Перед храмом была огромная клумба роскошных астр. Она первая была втоптана в грязь. С нее и началось нападение на сам храм Христа Спасителя. Первые минуты я даже не мог снимать. Все было настолько чудовищным, что я в изумлении стоял перед камерой и не верил глазам своим. Получая задание, я, конечно же, не предполагал, что мне предстоит пережить и перечувствовать.[...]Через широко распахнутые бронзовые двери не выносили, а выволакивали с петлями на шее чудесные мраморные творения. Их просто сбрасывали за землю, в грязь. Отлетали руки, головы, крылья ангелов, раскалывались мраморные горельефы, порфирные колонны дробились отбойными молотками… Стаскивались стальными тросами при помощи мощных тракторов золотые кресты с малых куполов. Погибали уникальные живописные росписи на стенах собора. Рушилась отбойными молотками привезенная из Бельгии и Италии бесценная облицовка стен. Наконец, взяв себя в руки, стиснув зубы, я начал снимать.[...]Шло время, оголились от золота купола, потеряли живописную роспись стены. В пустые провалы огромных окон врывался холодный со снегом ветер. Рабочие и солдаты в буденовках начали вгрызаться в трехметровые стены. Но стены оказали упорное сопротивление. Ломались отбойные молотки… Ни ломы, ни тяжелые кувалды, ни огромные стальные зубила не могли преодолеть сопротивление камня. Храм был сложен из огромных плит песчаника, которые при кладке заливались вместо цемента расплавленным свинцом. Почти всю зиму работали рабочие и военные — и ничего не могли сделать со стенами. Они не поддавались. Тогда пришел приказ. Мне сказал под большим секретом симпатичный инженер: — Сталин был возмущен нашим бессилием и приказал взорвать собор.[...]Мама долго плакала по ночам. Молчала о храме. Только раз сказала: — Господь не простит нам содеянного! — Почему нам? — А кому же? Всем нам… Человек должен строить… А разрушать — это дело Антихриста… Мы же все как один деньги отдавали на него, что же все как один и спасти не могли?..Я не верил в Бога. Но тоже долго просыпался по ночам от кошмаров.