Трейлер нашего фильма «Не по-детски» (релиз 3 сентября). Спасибо Минкульту за поддержку. Спасибо фонду «Измени одну жизнь», с которым мы сотрудничаем уже больше 10 лет. Спасибо всем, кто помог снять кино, ведь даже учитывая, что наши продюсеры, как и мы с Аней, работали бесплатно, бюджет фильма был крайне ограниченный. Все эти годы мы думали, как говорить об ответственном приёмном родительстве, социальном сиротстве, волонтёрах и простой, казалось бы, аксиоме: ребёнку лучше в семье. Но как говорить об этом так, чтобы услышали не только те, кто и так внутри темы? После долгих обсуждений и консультаций мы решили сделать тёплый, на первый взгляд лёгкий, местами смешной фильм. Но такой, где смех — сквозь слёзы. Развлекая просвещай — причём, просвещая в первую очередь эмоционально, а потом и ментально. Конечно, никто из нас не настолько наивен, чтобы думать, что один фильм радикально изменит ситуацию. Это лишь первый шаг. Но важный: выход к массовому зрителю. Дальше нужно продолжать. Есть мечта — снять для детей сериал по мотивам книги Любови Воронковой «Девочки из города», а для взрослых — что-то вроде фильма шестидесятилетней давности «Дети Дон Кихота». А там, глядишь, кто-то ещё возьмётся за эту тему. Мне кажется, за 20 лет, если работать в этом направлении постоянно, можно очень сильно изменить отношение общества. Для меня лично одна из самых болезненных цифр — процент детей в детских домах, у которых есть кровные родственники, — почти 90%. При этом я понимаю: работать с этой темой «в лоб» нельзя. Яна Леонова, директор фонда «Измени одну жизнь», уверена, что этот фильм — наш общий голос за детей. Мы тоже, как и она, надеемся, что он не только развлекает, он подспудно меняет. Как завещал старик Маршак — Пусть будет добрым ум у вас, а сердце умным будет. В конце концов.• Мой канал в МАХ
Еду в родной театр на репетицию «Женитьбы Фигаро». Волнуюсь, как и тогда, когда играл в спектакле по этой пьесе с Табаковым. Правда, тогда-то я был Фигаро, а Олег Павлович графом Альмавивой. Прошло 20 лет… И да, теперь я Альмавива. Как говорится, дожил. Или, точнее, дорос. Волнуюсь же, потому что боюсь повторить рисунок роли своего учителя, настолько убедителен он был. Помню все до мельчайших деталей. Вообще, неудивительно, что все мы, ученики Олега Палыча, во время учебы пытались ему подражать. Недаром кто-то говорил, что в Табакерке на сцене ходят десять маленьких табаковых. Что поделаешь, болезнь роста. А что касается Альмавивы, то массовый зритель, конечно, больше знает Александра Ширвиндта в постановке-хите Театра Сатиры, но поверьте, Табаков был не менее блестящ и смешон. Очень жаль, что наш спектакль не сняли на видео, но он остался в моей памяти на всю жизнь.Фото Екатерины Цветковой.
Из моего видео сделали дипфейк. С моим лицом, моими жестами, но словами, которые я никогда не произносил. И это уже гуляет по сети. Если бы дело касалось только меня — стёр, выдохнул и забыл. Но это видят люди. Кто-то верит. Кто-то делает выводы. И вот это по‑настоящему неприятно.Как защититься? По сути — никак. Мы все в абсолютной уязвимости. Да, внимательный зритель уловит искусственные интонации, странные паузы, «пластиковую» мимику. Но многие примут это за чистую монету. А очень скоро разницы почти не будет: картинка, голос, эмоции — всё станет настолько реалистичным, что проверка «на глаз» перестанет работать.Парадокс в том, что сам по себе ИИ мне нравится. Когда с его помощью, например, оживляют классические роли — и ты слышишь Дон Корлеоне голосом Брандо, а не дубляжного актёра. Для таких узких, художественных задач — это круто. Это про искусство, про сохранение оригинала, про новые формы.Но когда ту же технологию используют, чтобы вложить в твоё лицо чужие мысли — это уже про другое. Про манипуляцию, дискредитацию и полное стирание границ между реальным и сконструированным.Я трезво понимаю, в какое время мы живём. У меня нет вопросов, почему такие вещи происходят. Прошу вас, будьте критичны. Мы входим в эпоху, когда доверие к картинке и звуку больше не работает по умолчанию. И единственная наша защита сейчас — здоровый скепсис.
